Новости.
12:11, 13 Мая 2010
4
1
2

Прокуратура проверила колонии и не выявила нарушений

Прокуратура Карелии опровергло заявление правозащитников, что заключенные карельских колоний не получают необходимой медицинской помощи и погибают от СПИДа.

Как сообщает официальный сайт прокуратуры, в ходе специальной проверки было установлено, что "надлежащая медицинская помощь указанной категории осужденных оказывается". "В том числе, при наличии показаний, назначается высокоактивная антиретровирусная терапия.  Необходимые лекарственные средства для оказания такой медпомощи в учреждениях УФСИН по РК имеются", - отмечают в прокуратуре.

По данным ведомства, в 2007-2008 годах в Карелии действительно было зафиксировано несколько смертей осужденных, больных СПИДом. По информации прокуратуры,  они прибыли  в лечебно-исправительные учреждения Карелии в тяжелом состоянии и имели "изначально неблагоприятный прогноз для жизни".  В 2009-2010 годах подобных фактов не выявлено.

Всего в лечебно-исправительных учреждениях УФСИН по Карелии содержится 321 ВИЧ-инфицированный осужденный. Из них с сочетанной патологией ВИЧ+туберкулез – 116 человек. В подавляющем большинстве эти люди были направлены для отбывания наказания в Карелию из других регионов России.

Комментарии

dkolbasin
2010-05-14 16:24:58
Фальстарт карельской прокуратуры ЗАЯВЛЕНИЕ АССОЦИАЦИИ АГОРА В СВЯЗИ С «ОПРОВЕРЖЕНИЕМ» ГУФСИН И ПРОКУРАТУРЫ КАРЕЛИИ 14 мая 2010 года, КАРЕЛИЯ. 13 мая УФСИН и прокуратура Карелии отреагировали на распространенное накануне сообщение Межрегиональной правозащитной Ассоциации «АГОРА» «В связи с гибелью ВИЧ-позитивных заключенных правозащитники просят генпрокурора провести проверку УФСИН по Карелии». В этом материале речь шла об обращении Ассоциации АГОРА к генеральному прокурору России Юрию Чайке с требованием провести проверку по факту неисполнения должностными лицами УФСИН России по Карелии своих обязанностей, повлекших смерть заключенных. В своем ответе УФСИН по Карелии заявило об «однобоком освещении» и о том, что «за разъяснениями» в УФСИН и администрацию исправительных учреждений правозащитники не обращались. В свою очередь, спустя 24 часа после публикации в интернет-СМИ информации от правозащитников прокуратура Карелии заявила: «Проверка показала, что данная информация не соответствует действительности ... Нарушений законности при оказании медицинской помощи ВИЧ-инфицированным осужденным проверками не установлено. Оснований для принятия мер прокурорского реагирования по результатам проверки информации, распространенной ассоциацией «Агора», не имеется». Ирина Хрунова, адвокат, правовой аналитик Ассоциации АГОРА: – Вопрос о наличии или отсутствии в действиях должностных лиц УФСИН Карелии нарушений закона относится к компетенции органов прокуратуры. С какой стати УФСИН сам заявляет о невиновности своих сотрудников, вызывает недоумение. У нас на руках имеются документы, подтверждающие факт гибели нескольких ВИЧ-позитивных россиян, отбывавших наказание в исправительной колонии Медвежьегорска и сообщавших об отсутствии надлежащего лечения в период их пребывания в этом учреждении. Также у нас имеются контакты родственников, готовых подтвердить детально эту информацию сотрудникам прокуратуры. Мы обратились в Генеральную прокуратуру России с просьбой разобраться в ситуации. И вдруг до получения посланных по почте Генеральной прокуратурой документов, подтверждающих нашу позицию, и их изучения с официальным заявлением выступает прокуратура Карелии. Как за сутки, не видя документов, местные прокуроры провели всестороннюю и объективную проверку с опросом ВИЧ-положительных заключенных и родственников погибших? Нужно учесть при этом, что в опубликованной по факту обращения информации, на которую и отреагировали карельские прокуроры, из этических соображений приводятся псевдонимы двух из трех погибших. Всё это говорит только об одном – «проверка» строилась только на данных УФСИН по Карелии – максимально заинтересованной стороны. Своими публичными действиями и преждевременными заявлениями прокуратура Карелии заведомо исключила собственную независимость при проведении указанной проверки. Мы ожидаем, что Генеральная прокуратура воздержится от перенаправления нашего заявления в прокуратуру Карелии, которая в этом вопросе уже, очевидно, не может быть объективной. Кроме того, в «опровержении» прокуратуры, распространенном буквально накануне Всемирного Дня памяти умерших от СПИДа, сообщается, что «в 2009-2010 годах умерших от заболевания ВИЧ в учреждениях УФСИН по Карелии не имелось». Такое заявление также говорит об элементарной медицинской неграмотности надзирающих прокуроров, поскольку от «заболевания ВИЧ» люди не умирают, гибель наступает от СПИДа в сочетании с сопутствующими заболеваниями. Также удивляет, по какой причине «всесторонняя и объективная проверка» прокуратуры выявила в 2007-2008 годах, что умерло «несколько» осужденных. Почему не опубликована точная цифра и причины смерти? Что касается упреков УФСИН России по Карелии в том, что правозащитники не обратились «за разъяснениями» в УФСИН и администрацию исправительных учреждений, сообщаем, что согласно Уголовно-процессуальному кодексу РФ, лицо, которому стало известно о нарушении закона, обращается не за какими-либо «разъяснениями» к потенциальному нарушителю закона, а в правоохранительный орган с заявлением о проверке данного факта, что и было сделано. В связи с вышеизложенным Ассоциация АГОРА будет ждать обоснованный ответ из Генеральной прокуратуры России на свое заявление по проверке факта неисполнения должностными лицами УФСИН России по Карелии своих обязанностей, повлекших смерть заключенных. Анна Саранг, директор Благотворительного Фонда содействия защите здоровья и социальной справедливости им. Андрея Рылькова (Москва): – Костя Пролетарский, о гибели которого, в частности, идет речь в заявлении Ассоциации АГОРА, был моим другом. Я навещала его в Боткинской больнице после его освобождения. Мы много обсуждали то время, которое он провел в колонии, отказ в медицинской помощи и пыточные условия содержания в учреждениях ФСИН Карелии. За несколько недель до смерти Костя попросил записать на диктофон и распространить интервью с ним, эта запись целиком у меня сохранилась. На мой вопрос, получал ли он в Карелии антиретровирусную терапию, Костя ответил: «Вообще не получал ... Когда я в лагерь приехал, я говорил об этом врачам, что у меня ВИЧ, в стадии СПИДа, все им рассказывал, все свои показатели последние. Но - ничего, никаких результатов ... Мы даже не числились как ВИЧовые, мы приехали туда, как туберкулезные. И всех ВИЧовых начали закрывать в один барак и никуда не выпускать. Кормили в бараке тоже. Мы вообще не передвигались по лагерю». На мой вопрос, делали ли какие-нибудь обследования на ВИЧ, на статус, ответил: «Нет. Там вообще этого не делают». В своем интервью Костя рассказал еще много ужасающих фактов о положении осужденных в данной колонии, о нечеловеческих наказаниях, пытках в камерах с хлором ... об этом рассказе страшно вспоминать, не представляю, как такое можно было пережить, да, к сожалению, Косте и не удалось это пережить. То состояние «здоровья», к которому его привело содержание в колонии, не смогли исправить даже лучшие в России доктора Боткинской больницы. Сегодня об истории Кости знает весь мир, но, к сожалению, его маленький сын, который родился через полгода после Костиной смерти, будет знать своего отца только по фотографии. Владимир Осин, член Координационного совета Всероссийского объединения людей, живущих с ВИЧ по Северо-Западному федеральному округу, член Международной коалиции по готовности к лечению ВИЧ/СПИДа в Восточной Европе и Центральной Азии: – Ко мне обращалась сестра осужденного из ЛИУ-4, который впоследствии умер в реанимации в Санкт-Петербурге: его актировали (освободили от дальнейшего отбывания наказания по состоянию здоровья) из учреждения ФСИН Карелии еще живым, но уже при смерти. Тогда в ЛИУ-4 не было инфекционистов. Никаких специальных препаратов ему не давали, и антиретровирусную терапию (АРВ) он получить не мог. Ему сделали тест на иммунограмму, который выявил прямое показание на АРВ. Но назначить не могли – не было специалиста. Сестра везде обращалась. Пришел странный ответ из ФСИН Карелии о том, что АРВ является дополнительным лечением, и осужденному нужно писать заявление, чтобы его получить. В этом же ЛИУ-4 общественники пытались передать препараты для заключенного или же добиться, чтобы его освободили, если невозможно получить необходимые препараты. Насколько мне известно, этого человека удалось из этой колонии перевести. Что касается резких публичных заявлений УФСИН, они не первый раз так делают. Общий смысл чаще всего: «Проведена проверка и все в порядке». Я связывался с заместителем начальника медицинского управления ФСИН – она сообщила, что специалисты в УФСИН по Карелии есть, что все отлично. Другое дело, что мы наблюдаем на практике... Дмитрий Динзе, адвокат Константина Пролетарского, стаж работы с осужденными и заключенными 12 лет (Санкт-Петербург), защитник Константина Пролетарского: – Я лично посещал своего подзащитного ВИЧ-позитивного Константина Пролетарского в ЛИУ-4 УФСИН Карелии в 2008 году. Жалобы, которые я услышал от Константина в связи с неоказанием ему медицинской помощи, были не просто ужасными, а чудовищными. В 2008 в колонии отсутствовал врач-инфекционист, который бы мог наблюдать осужденных с положительным ВИЧ-статусом и назначать им жизненно необходимую антиретровирусную терапию, как предполагаю, в связи с отсутствием на тот момент лицензии на данную медицинскую деятельность. По сообщению Константина, таких больных в 2008 году заставляли работать в колонии в нарушение медицинских показаний, которых, в принципе, и не было, кроме медицинского заключения фельдшера и фтизиатра. Леонид Петров, врач, судебно-медицинский эксперт, экспертный стаж более 20 лет, подготовил более 20 заключений по осужденным ВИЧ-положительным (Санкт-Петербург): – С Константином Пролетарским я встретился в помещении для свиданий ЛИУ-4 УФСИН Карелии 17 июля 2008 года. В связи с тем, что помещение для свиданий оборудовано сплошным стеклом, позволяющим только видеть сидящего перед тобой человека, и телефонными трубками, общение с больным пришлось ограничить опросом. В личном осмотре и обследовании больного мне было отказано. Пролетарский тогда получал противотуберкулезного лечение препаратами второго ряда. При этом положенного ему специального питания не было. В мае 2008 года на протяжении 10-12 дней на фоне снижения общего содержания лейкоцитов наблюдалась лихорадка. Получал симптоматическое лечение, направленное только на снижение температуры. В июле 2007 года по поводу ВИЧ-инфекции обследован в стационаре в г. Медвежьегорск (официальное название учреждения больной не помнил); результаты обследования представлены не были. Других специфических исследований, в том числе иммунологических, по поводу имеющейся ВИЧ-инфекции не проводили. Какого-либо специфического лечения по поводу ВИЧ-инфекции (противоретровирусной терапии) не получал. Присвоена инвалидность II группы, степень ограничения по труду 2. Внешне выглядел истощенным: пояснил, что при росте 179 см – вес 57 кг. Ранее мне довелось изучать медицинские документы Пролетарского. Оценивая течение ВИЧ-инфекции, можно говорить о том, что на момент осмотра заболевание находилось в фазе прогрессирования. Увеличение количества оппортунистических инфекций, устойчивость туберкулеза к лечению свидетельствовало о переходе заболевания в стадию 4В. В этой стадии возможно развитие тяжелых угрожающих жизни осложнений. При этом тяжесть состояния усугублялась отсутствием специфической антиретровирусной терапии (лечения ВИЧ-инфекции). Отдел информации Межрегиональной правозащитной Ассоциации «АГОРА» 537-89-00, 537-89-01
Гость

Аналитика

20.01.2017 13:50
Обществоведение
Как живут люди в самом дальнем микрорайоне Петрозаводска.
19.01.2017 12:20

Чтиво

19.01.2017 16:05
Личное мнение
Карельский журналист и блогер Николай Габалов о том, что общего у "Шерлока" со "Смертельным оружием". 

Опрос

Как вы поведете себя, если введут налог на сбор ягод и грибов?