Чтиво. Частная жизнь
13:18, 20 Октября 2015
4
1
2

"Я могу носить значок с Лениным, и никто меня не разорвет за это"

Приехав в Петрозаводск, беженец из Луганска Никита первым делом записался в школу и вступил в комсомол.

Первый раз я увидела Никиту на митинге против оптимизации школ в деревнях, который проводили в Петрозаводске местные коммунисты. Он стоял на Студенческом бульваре с флагом КПРФ, а когда дали слово – выступил с короткой речью, в которой упомянул Украину. Мягкий и плавный выговор сразу выдал Никиту – еще недавно жителя Луганска. Теперь  этот мальчик с Донбасса - петрозаводчанин и гражданин России.

- Тебе нужно обязательно познакомиться с Никитой, - сказал мне первый секретарь карельского отделения КПРФ Евгений Ульянов. – Это уникум. Угадай, куда он пришел сразу, как только с другими беженцами приехал в Петрозаводск? К нам в реском! Мы пока не можем принять его в партию, - он же еще школьник. Но, кажется, уже сейчас может написать диссертацию по трудам Ленина!

Мы встретились с Никитой в офисе коммунистов. Он действительно принес с собой труды Ленина.

- Ты всегда их с собой носишь? – спрашиваю я.

- Нет, конечно. Но я подумал, вдруг вам понадобятся какие-то цитаты для статьи. Они у меня под рукой!  Подходят для многих случаев!

Книжка с цитатами Ленина нам в итоге не понадобилась. Хотя бы потому, что Никита прекрасно цитирует  вождя наизусть. А еще он проявляет замечательную эрудицию и в свои 16 лет рассуждает как взрослый политик.

 

"Только компартия представляет народ"

- Это правда, что приехав в Петрозаводск, ты чуть ли не на второй день пришел в отделение КПРФ?

- Ну, почти. Можно и так сказать. Конечно, сначала нам нужно было устроиться на новом месте. Мы с родителями получили первые документы, мама и папа нашли работу, я пошел здесь в школу, и уже потом смог познакомиться с местной организацией КПРФ и встать на учет в комсомоле.

- Я уже поняла, что ты разделяешь и несешь в массы коммунистическую идеологию. Расскажи по порядку. С чего все началось? Не обижайся, ты еще очень молод, но при этом демонстрируешь  удивительный талант. Тебе бы пропагандистом работать… 

- Мне было 11 лет, когда я начал анализировать политическую ситуацию в Украине. У меня всегда была тяга к знаниям, я хорошо учился в школе, и мне это все было интересно. И я начал знакомиться с программами партий, которые шли на выборы в Верховную Раду Украины. Я подробно прочитал программы, потом взял чистый лист, и напротив каждой партии написал ее смысл таким, каким я его понял. И когда я все свои записи прочитал и проанализировал, я был поражен.

Программа Партии регионов была явно нацелена на расслоение общества. Еще три партии, которые шли на выборы, были откровенно профашистскими. У них было написано в программах, что они являются преемниками Степана Бандеры – главного националиста Украины. И я был удивлен, потому что в Конституции Украины есть масса статей, в которых говорится, что нужно запрещать эту идеологию. Но на практике это не действует.

И вот, прочитав все, я пришел к выводу, что лишь компартия представляет народ. Тогда у меня возникло желание связаться с коммунистами, и я написал письмо первому секретарю Луганского обкома партии Спиридону Килинкарову, в котором честно сказал, что мне нравится их политическая сила, я хочу с ними подружиться, и спросил, как я могу помочь партии.

Председатель обкома мне ответил, пригласил к себе. Они как раз помогали одной молодежной творческой организации, которая в театре мюзиклы ставила, и я туда пошел. Так я начал работать с партией и уже через год вступил в комсомол Украины. Я писал листовки, распространял газеты, собирал подписи, занимался другой партийной деятельностью.

- Насколько я знаю, в Украине компартию, в конце концов, запретили. А ты ведь был совсем ребенком. Не страшно было работать в таких условиях? 

- Позорные суды над КПУ начались позже.  На первых порах все было мирно. Когда я начинал сотрудничество с коммунистами, уже довольно остро стоял вопрос по внешней интеграции Украины: либо это Европейский союз, либо Таможенный союз. У коммунистов было очень умное предложение: давайте не будем решать это в кабинетах, а проведем референдум – пусть народ сам решит, куда идти Украине.  Любая нация и народ имеют право на самоопределение, об этом много писал Владимир Ильич Ленин  в своих трудах.

Мы начали сбор подписей за проведение референдума. Я принимал активное участие - распространял газеты, разговаривал с людьми. Мы проводили митинги, акции, снимали ролики. Компартия пыталась доказать, что по всем экономическим показателям Украине выгоднее быть в Таможенном союзе. Однако свое мнение мы не навязывали, считая, что его должен высказать народ. В итоге 3 миллиона подписей мы собрали по всей Украине. Но потом власть запретила проводить этот референдум - то есть народу просто-напросто закрыли рот.

- Как к твоим увлечениям относились родители? Они разделяли твои политические взгляды?

- Нормально относились. Мои родители – обычные труженики. Мама - парикмахер, а папа работал на заводе «Маршал» начальником цеха, он - слесарь-инструментальщик. Этот завод, кстати, кормил весь Луганск. Мои родители никогда в партиях не состояли, политическими действиями не занимались.

 

"Мою родную школу полностью разрушили бомбами"

- Майдан разделил жизнь многих граждан Украины на «до» и «после». Как ты и твоя семья восприняли те события?

- На Майдане было много криминалитета, компартия никогда не поддерживала этот протест. Скажу честно, большинство людей, и наша семья, в том числе, надеялись, что это будет очередная оранжевая революция, как это уже бывало раньше в Украине. Придет новый президент, и мы заживем нормальной жизнью. Но в итоге произошел переворот, в результате которого к власти пришли откровенно профашистские элементы.

Крым поступил так, как должен был поступить – провел референдум и отошел к России. Я поддерживаю мнение крымчан – это было настоящее волеизъявление народа. А на Донбассе более доверчивые люди живут, они поверили, что их услышит новая власть, которая провозглашала себя демократической и проевропейской. Жители Донбасса вышли на митинги с требованием федерализации, но власть направила против них оружие, - фактически открыла войну.

- Когда вы поняли, что нужно уезжать?

- Когда начались первые авиаудары по Луганску. Мою родную школу полностью разрушили бомбами. Во время Второй мировой войны в этом здании был госпиталь, школу бомбили с воздуха гитлеровские фашисты, но она выстояла. А в 2014 году – своя же украинская власть, и ее не стало. Рядом со школой - большой микрорайон, там много людей погибло.

- Почему вы решили бежать в Россию? Ведь многие жители Донбасса переехали в западные регионы Украины.

- Мы тоже сначала уехали в Харьков – я и мама. Это было в середине прошлого лета. Папа с бабушкой оставались в Луганске. Потом мы бабушку забрали, - она жила на даче вблизи города Счастье, в один из дней солдаты там блокпост расстреляли, и бабушка чудом оттуда выбралась. Потом и отец приехал в Харьков, потому что в Луганске уже были страшнейшие обстрелы.

Вначале мы думали, что власть опомнится, увидит…  Но в Харькове тоже было страшно. Там бритоголовые люди с факелами ходили по ночам. И мы не чувствовали себя в безопасности.

В конце концов, мы решили уехать в Россию. Почему? Потому что я по своим корням – россиянин, у меня и мама, и папа из России. Они во время Советского Союза со своими родителями переехали в Украину, но тогда они просто переселились в другой город. Так судьба сложилась, никто ведь и подумать не мог, что СССР развалится. Все думали, что это будет вечно. Но в Украине все мои родственники последние двадцать лет чувствовали себя изгоями.

 

"Есть проблемы пострашнее, чем двойка в школе"  

- Как вы попали в Петрозаводск? Путь, надо сказать, неблизкий.

- Сначала мы поехали в Белгород, но там не было квот по программе переселенцев – жилье предлагали только в отдаленных поселках области. Тогда мы решили ехать дальше, сначала в Санкт-Петербург, потом в Тихвин, где есть вагоностроительный завод. Какое-то время мы жили в Тихвине. Местная власть нас очень хорошо приняла, нам выделили комнату в общежитии. Я там с коммунистами познакомился, успел поработать – в Тихвине как раз выборы проходили, и я раздавал листовки и газеты. И даже благодарственное письмо за это получил. Но там переселенческой квоты тоже не оказалось, и в итоге нам предложили Петрозаводск.

- Как вас приняла Карелия?

- Очень хорошо. В Петрозаводск мы приехали осенью прошлого года. Нас поселили в общежитии, дали трехразовое питание, первые документы нам оформили. Мы шли по квоте, поэтому для нас действовала упрощенная система получения российского гражданства. Совсем недавно, 24 сентября я получил российский паспорт. Теперь все мы, моя семья - граждане России.

Мама устроилась на работу в Сигму, а папа работает на производстве тренажеров у предпринимателя Маркелова. Я хожу в 12-ю школу в Сулажгоре. Сейчас в 10 классе.   Мы снимаем квартиру, и в принципе у нас все неплохо, мы уже адаптировались на новом месте. Если есть работа, есть голова на плечах, можно замечательно жить.

- Тебе нравится в Петрозаводске? У нас ведь холодно – к одной только смене климата надо привыкать.

- Климат – это не страшно, главное, чтобы бомбы не летали.

Скажу честно, в Харькове было страшно ходить по улицам. А здесь никаких таких мыслей даже не возникает. Я чувствую себя спокойно и свободно. Я могу носить значок с Лениным, и никто меня не разорвет за это.  Я могу говорить на своем родном языке, и никто мне не запретит.

В свои годы я понимаю, что есть проблемы, гораздо страшнее, чем двойка в школе, но даже их можно пережить. Нужно просто ценить жизнь, которая у тебя есть.

Я же знаю, что в России тоже сложная ситуация. И здесь не все так радостно. Но сидеть на шее у страны – это неправильно. Поэтому мы работаем и стараемся приносить пользу. Мы будем жить в России, работать, становиться на ноги. Будем поднимать страну. Потому что каждый должен заботиться о своей стране. Я так считаю.

- Ты следишь за событиями в Украине? Как думаешь, чем все закончится?

- Конечно, слежу. Я думаю, жизнь в Украине наладится рано или поздно. Но той Украины, которая была раньше, уже не будет никогда.

Расскажу вам такую показательную историю. Одна журналистка пришла на пресс-конференцию лидера компартии Украины Петра Симоненко и достала из сумочки кусок от памятника Ленину, который свалили на Бессарабской площади. Выложила его на стол и попросила прокомментировать. И Симоненко сказал тогда: это осколки Украины. Они разрушили памятник Ленину, который сделал эту Украину, и теперь Украина сама раскалывается, как эти памятники.

- Сейчас ты активно работаешь в КПРФ. Расскажи, чем конкретно занимаешься в партии?

- Пока мне нет 18 лет, я еще не член партии, только комсомолец. Но когда исполнится – обязательно вступлю.

В России компартия не запрещена и есть возможность проявлять свою волю. В КПРФ та же идеология. Единственная смена – это люди. Но для меня это не проблема. Я очень коммуникабельный. Программа немного другая, так ведь и страна другая. А так, мы же все равно в одной упряжке идем. Что в России, что в Украине, что в Казахстане. Одни и те же постулаты: волеизъявление народа, национализация базовых отраслей промышленности и благосостояние народа. Я считаю, что в России компартия – это реальная оппозиция.

В карельском рескоме я пишу статьи, листовки, участвую во всех партийных мероприятиях. На 7 ноября мы запланировали лекции в рамках партийной учебы. Я приму активное участие, буду читать лекцию по Октябрьской революции.

- У тебя есть какие-то увлечения, кроме политики?

- В Луганске у меня было много увлечений, я собирал монеты, марки. В прошлом году сдавали Основной государственный экзамен, было как-то не до этого. И сейчас уже нужно начинать готовиться к ЕГЭ, поэтому, честно говоря, некогда.

- Ты уже определился, куда будешь поступать после окончания школы? 

- Да, я хочу быть учителем.

- Наверняка – истории?

- Нет, я хочу быть учителем географии. Мне кажется, это мое призвание.

 

Записала Светлана Иванова

Комментарии

VictorZ
2015-10-27 09:10:29
егерь 20.10.2015| 13.56 Нет уж...Такому учителю я свою дочку учить не позволю... Да уж. Есть "учителя", которых история ничему не учит. "Я могу носить значок с Лениным, и никто меня не разорвет за это. Я могу говорить на своем родном языке, и никто мне не запретит." - Какой родной язык он имеет в виду? Из контекста - русский. Пусть он на украинском попробует поговорить или на карельском, посмотрим, кто его поймет. За значок с Лениным никто рвать его не будет, но смотреть на него будут, как на чудака... Вообще, если говорится, что он подросток, то мысли подростка переменчивы, сегодня одно, завтра другое. Но подросток, который сызмала вместо обычных подростковых забот фанатеет от коммунистических идей и Ленина - это сильнейшая девиация, тут требуется психиатр. "Вырастет из сына свин, если сын - свиненок" (В.В.Маяковский)
егерь
2015-10-20 13:56:49
Нет уж...Такому учителю я свою дочку учить не позволю...
Гость
Выбор читателей

Аналитика

16.01.2017 11:35
Обществоведение
Адвокаты, представляющие интересы родителей утонувших на Сямозере детей, намерены выяснить, почему дала сбой система "112".

Чтиво

17.01.2017 13:38
Кофе со сливками
Гость рубрики "Кофе со сливками" - политолог Олег Реут.

Афиша