ПОСМОТРЕТЬ
Аналитика. Обществоведение
14:55, 28 Декабря 2010

Валентина Улич: "Я неисправимый оптимист"

Новый министр здравоохранения и социального развития республики Валентина Улич о проблемах отрасли, смене окружения и семье.

 

Обычно врачи, поднимаясь вверх по карьерной лестнице, сначала возглавляют какое-нибудь учреждение здравоохранения, а потом переходят в министерство. У Валентины Улич все наоборот: с поста начальника Управления организации медицинской помощи Минздравсоцразвития она ушла в Детскую республиканскую больницу. Два года Валентина Васильевна жила проблемами клиники для маленьких пациентов. А в конце прошлой недели ее вернули в министерство, предложив занять уютный кабинет руководителя этого ведомства. Там-то "Столица на Онего" и застала нового министра, чтобы поговорить о его новых планах.

 

Не стрессовая ситуация

- Валентина Васильевна, ожидали, что позовут в министры?

- Я об этом не думала. Но когда беседа с главой республики Андреем Нелидовым состоялась, я поняла, что есть возможность использовать свой потенциал, потенциал своих коллег в реализации тех огромных задач, которые сегодня стоят перед министерством. Хотя во время нашей встречи с Андреем Витальевичем речь не шла о том, согласна я или не согласна. Скорее, шло обсуждение проблем отрасли и видения тех путей, которые могут быть использованы для их решения. Здравоохранение – это та отрасль, которая, развиваясь постоянно, внедряя новые технологии, все равно не успевает за потребностью людей и в количественном, и в качественном отношениях. Хотя и смертность снижается, и тяжелые заболевания мы научились лечить, и детей стали выхаживать. Но население всегда хочет больше, чем предлагают им медицинские работники. Поэтому не зря возникла проблема реализации модернизации здравоохранения.

Кроме того, министерство занимается и социальной работой, которая требует огромных усилий. И здесь нам тоже есть чем заниматься. Так что беседа с главой республики получилась очень продуктивной.

- И потом вам сделали предложение, от которого вы не смогли отказаться?

- После встречи последовал указ о назначении.

- Как в Детской республиканской больнице восприняли это известие? Отпустили с легкой душой?

- Для меня самой это был достаточно болезненный процесс. Я даже не думала, что за два года так приросла к больнице. Когда приехала в учреждение сдавать дела, мне было грустно. Но я неисправимый оптимист: думаю, что в министерстве смогу сделать больше для той же Детской республиканской больницы. Коллектив там очень хороший, профессиональный. Там есть люди, которые готовы подхватить флаг. И они понимают, что я никуда не делась. Очень много теплых слов я услышала от коллектива. Думаю, что наше взаимодействие продолжится.

- А в министерство, наверное, пришли, как к себе домой? Все-таки шесть лет здесь до Детской республиканской больницы работали.

- Возвращение в министерство, где я практически всех знаю, и меня все знают, для меня не стрессовая ситуация. Сейчас нужно определить приоритеты в действиях и спокойно работать.

- А какая, на ваш взгляд, сейчас стоит первоочередная задача перед министерством? На решение какой проблемы бросите все свои силы?

- Задач огромное количество, ведь объединены две огромные сферы – здравоохранение и социальное развитие. Но первоочередная проблема – это, конечно, привлечение федеральных средств на реализацию программы модернизации здравоохранения, которая является логическим продолжением приоритетного национального проекта "Здоровье".

 

Уровень зарплат будет разным

- Для большинства людей модернизация – это понятие из космоса…

- Нет, это вполне реальная вещь. Есть определенный стандарт оказания медицинской помощи. Должно быть определенное количество оборудования, которое этот стандарт обеспечит. И должны быть профессионалы, которые умеют работать с новым оборудованием. Кроме того, чтобы обеспечить качественное оказание медицинской помощи, и условия в больнице должны быть соответствующие. Так же необходимо создать единое информационное поле, чтобы специалисты могли работать с электронными картами здоровья, электронными историями болезней. Все это и есть модернизация. Она направлена на обеспечение качества и доступности помощи. Она объемная, мероприятий много, и средств на ее реализацию потребуется немало.

- Значит, в ближайшие два года министерство будет занято подготовкой кадров, оснащением учреждений всех уровней оборудованием, улучшением материально-технического базы, как ФАПОв, так и ведущих больниц республики. А что будет с заработной платой медицинских работников? В этом году петрозаводские медики, недовольные тем, что их оклады ниже, чем у коллег в республиканских учреждениях здравоохранения, отстаивали свое право на достойное жалование в суде. Министерство пересмотрит свое отношение к уровню зарплат своих подчиненных?

- Уровень зарплат будут зависеть только от того вида медицинской помощи, который специалисты оказывают. И неважно, в каком учреждении - в городском или республиканском - работают люди. Если они оказывают специализированную и высокотехнологическую помощь, то, естественно, их услуги стоят дороже, чем первичная медико-санитарная помощь. В ближайшее время тарифная комиссия приступит к работе и установит тарифы.

- Как показывает опыт, новый руководитель всегда меняет ближайшее окружение в министерстве. Ждать в ближайшее время новых отставок и назначений в Минздравсоцразвития республики?

- Я пока об этом не думала. Может быть, я не права, но сейчас это не главное. Конечно, мне бы хотелось видеть в своей команде людей, с которыми я работала, и в профессионализме которых не сомневаюсь. Видимо, какие-то изменения в кадровом составе министерства позже все-таки произойдут. Если рядом со мной будут люди, в которых я уверена, как в самой себе, то работа будет эффективней.

- Многие отмечают, что вы очень спокойный и уравновешенный человек. Вы действительно никогда не кричите на подчиненных?

- Железное спокойствие, к сожалению, соблюдаю не всегда. И персонал в больнице меня иногда видел кричащей.

- А что вас может вывести из себя?

– Меня раздражает ситуация, когда человек, вне зависимости от профессии, не хочет признавать свою ошибку или скрывает ее. Ошибки могут допускать все (я не имею в виду врачебные ошибки), но главное – вовремя их признать, тогда появляется возможность их исправления.

 

Семья пирогов не дождется

– Довольно продолжительно время вы работали детским врачом. Мечтали о белом халате с детства?

– Я никогда не ассоциировала себя с человеком в белом халате. Мои школьные мечты не касались системы здравоохранения. Я видела себя в юриспруденции и к этому готовилась. Но в жизни все получилось иначе. Видимо, так было предопределено судьбой. Хотя проблем было много. Были минуты отчаяния. Когда ты оставался один на один с тяжелым ребенком, возникала мысль: ну зачем мне это надо?! Удивительно, но сомнения – правильно ты лечишь или нет – стали возникать после трех лет работы. Вначале казалось, что ты все знаешь, ты настоящий доктор, который может все. А потом, когда ты приобретаешь некоторый опыт, появляется страх: а правильно ли ты делаешь? Но я ни разу не пожалела, что пришла в медицину. Я прошла через медицинский колледж, медицинский факультет ПетрГУ, где учебу совмещала с работой медсестры в торакальном отделении республиканской больницы. Работала в детской поликлинике. Но когда мужа распределили после университета в Суоярви, я поехала с ним в район. До сих пор считаю, что всем молодым врачам нужно пройти через работу в районной больнице. Той самостоятельности, которая там есть, не встретишь ни в одном крупном учреждении со специалистами высокого уровня. В районе ты вынужден сам принимать решение и сам отвечать за него.
 

– А когда было действительно страшно за своих маленьких пациентов?

– Страшно, когда понимаешь, что ты ничем не можешь помочь ребенку. Я помню все такие случаи в своей практике. Помню первую смерть ребенка: погибла девочка от тяжелейшего течения сахарного диабета. Тогда я переживала наравне с ее мамой и папой. В тот момент впервые поймала себя на мысли, что не хочу больше вмешиваться в жизнь человека, поскольку у нас не всегда есть такое право. И когда работала в Детской республиканской больнице, всегда старалась встретиться с родителями ребятишек, которые у нас погибали. Мамы и папы должны были знать, что мы использовали все шансы, что они не виноваты в том, что что-то не смогли дать своему малышу.

- А вы все дали своим детям?

– К сожалению, из-за работы я не могла уделять много внимания своим детям. Сейчас дочь и сын уже взрослые, достаточно самостоятельные. Они понимают, что собой представляет моя работа, и знают, как я к ней отношусь. И даже семилетний внук принимает мой образ жизни. И мое новое назначение семья восприняла с юмором. Воскресных пирогов от меня они теперь точно не дождутся.

Беседовала Наталья Соколова

Комментарии

Гость

Аналитика

11.12.2017 12:03
Обществоведение
Адвокаты экс-главы Карелии и бывшего директора музея "Кижи" Андрея Нелидова подозревают, что их подопечный стал жертвой разработки спецслужб.
08.12.2017 14:53

Чтиво

07.12.2017 11:20
Личное мнение
В чем заключается мудрость принятого МОК решения об отстранении России от Олимпиады из-за допинга? Мнение Олега Реута.

Опрос

Какую сумму вы планируете потратить на новогодние подарки?