\'\'Полгода Шендеровича нет на наших телеэкранах и полгода великий «кукольник» современности пребывает в непривычном глазу безбородом состоянии. С момента закрытия ТВС и исчезновения \"Бесплатного сыра\" знаменитому журналисту не было сделано ни одного предложения по поводу работы на телевидении.

- Да не расстраивайтесь вы так! - спешит успокоить Виктор Анатольевич. - Моя борода - часть капитализации телеканала. А поскольку капитализировать пока нечего, вот я и без бороды... Раньше я сбривал ее только в отпуск, чтобы на улицах лишний раз не трогали. В семье так и повелось: если я без бороды, то принадлежу жене и дочке, а если с бородой, то я - общественный. Как только ликвидировали канал, я стал жить частным человеком. Даже удивительно, - езжу в метро, хожу по Москве, и никто не берет под локоток и не спрашивает про Путина и Киселева. Счастье…

Пожить полнокровной частной жизнью Шендеровичу удалось недолго. Сначала появился «Плавленый сырок» на «Эхо Москвы» и колонка в газете, с недавних пор - демократический «Комитет 2008», частично ввергнувший писателя в политику. Самое время для новой бороды…

Мы встретились с Виктором Анатольевичем сразу после думских выборов, когда все еще было слишком свежо и эмоционально. Когда Шендерович в решающую ночь первым сказал: это наш выбор и наш позор." />
ПОСМОТРЕТЬ
Аналитика. Обществоведение
13:53, 28 Января 2004

Шендерович всегда с тобой

Полгода Шендеровича нет на наших телеэкранах и полгода великий «кукольник» современности пребывает в непривычном глазу безбородом состоянии. С момента закрытия ТВС и исчезновения "Бесплатного сыра" знаменитому журналисту не было сделано ни одного предложения по поводу работы на телевидении.

- Да не расстраивайтесь вы так! - спешит успокоить Виктор Анатольевич. - Моя борода - часть капитализации телеканала. А поскольку капитализировать пока нечего, вот я и без бороды... Раньше я сбривал ее только в отпуск, чтобы на улицах лишний раз не трогали. В семье так и повелось: если я без бороды, то принадлежу жене и дочке, а если с бородой, то я - общественный. Как только ликвидировали канал, я стал жить частным человеком. Даже удивительно, - езжу в метро, хожу по Москве, и никто не берет под локоток и не спрашивает про Путина и Киселева. Счастье…

Пожить полнокровной частной жизнью Шендеровичу удалось недолго. Сначала появился «Плавленый сырок» на «Эхо Москвы» и колонка в газете, с недавних пор - демократический «Комитет 2008», частично ввергнувший писателя в политику. Самое время для новой бороды…

Мы встретились с Виктором Анатольевичем сразу после думских выборов, когда все еще было слишком свежо и эмоционально. Когда Шендерович в решающую ночь первым сказал: это наш выбор и наш позор.



- Для многих Шендерович, - как лакмусовая бумажка, которая показывает уровень развития демократии в обществе. Есть Шендерович на телеэкране, - значит, еще не все потеряно, нет его - пора, что называется, чемоданы паковать. Думаете, телевидение без Шендеровича – это навсегда?

- Надеюсь, что нет. Но по факту меня убрали, и возвращать в ближайшем будущем не собираются. Я съеживаюсь вместе с другими коллегами, которые пробовали заниматься сатирой на телевидении. Сначала был на одном федеральном канале, потом, на другом - поменьше, потом - просто на маленьком канале, а сейчас - на двух радиостанциях, в Интернете и с небольшой колонкой в газете. Закроют радиостанцию – останусь только в Интернете, сделают Интернет по китайскому образцу или, как в Северной Корее, где доступ в сеть контролируется одним человеком, - значит, исчезну и оттуда… Надо признать, что борьбу за СМИ, как часть свободного мира демократического общества, мы на данном этапе проиграли. С этим нужно смириться, и просто пытаться делать свое дело в существующей реальности. Да, - умываться с утра и делать то, что ты должен, не задумываясь о последствиях. Просчитывать результат сейчас - безнравственно. Это все равно, что чесать в затылке, когда видишь, как шестеро здоровых мужиков бьют одну женщину. Я, как журналист, делаю все, что могу… На канале НТВ мы дотягивались до десятков миллионов людей, поэтому канала НТВ нет. Сейчас мы дотягиваемся до десятков тысяч. Это то, что есть, и это тоже нужно ценить…

- Но для таланта такого масштаба, как Ваш, согласитесь, немного… А что дальше?

- У меня как-то так сложилось, что каждый раз, когда закрывался очередной мой телеканал, я садился и писал пьесу. Первая пьеса - «Два ангела, четыре человека», сейчас идет в театре Табакова. Скажу сразу, - она не имеет никакого отношения к политике и, в общем-то, безобидна. Когда закрыли ТВ6, я сел и написал вторую пьесу, которая тоже скоро пойдет в этом же театре. И когда закрыли третий телеканал, я написал книжку, которая называется «Обстоятельства непреодолимой силы». Это продолжение темы «Здесь было НТВ», маленький такой мемуарчик. До президентских выборов я точно буду работать в журналистике, а там – посмотрим. Вообще-то, я фаталист, и понимаю, что очень многое зависит не от меня. Во всяком случае, все прошлые разы моей судьбой распоряжались другие люди. Если у нас в стране журналистика совсем кончится, буду что-нибудь большое писать…

- А желания всерьез заняться политикой, нет?

- Этот искус у меня был, но я его успешно преодолел. Бывают, конечно, случаи, когда литераторы становятся неплохими политиками, но это блистательные исключения. Потому что это, в принципе, очень разные профессии. Идущий в политику, - если он честный человек, и если политика для него – не быстрый способ срубить бабок, а настоящая профессия, - должен отдавать себе отчет в том, что это - другая профессия, которой нужно учиться. Политик должен быть юристом, экономистом, государственным человеком. Я не имею в себе сил быть политиком. Я - частный человек, и ощущаю себя именно таковым. И моя журналистская работа, - это общественная работа частного человека. В этом ее прелесть… Но есть и другая причина, по которой я не могу идти в политику. Она еще более серьезная: за кем идти?! Сегодня я, демократ по своим убеждениям, могу сказать точно: Яблоко и СПС не выражают моих интересов. Каждая партия выражает только часть их, и не за одним нынешним демократом – Явлинским или Немцовым, я не пойду, как готов был идти за Сахаровым, или, в свое время, за Ельциным. В особенности, если они, как сейчас, будут продолжать перекусывать друг другу сухожилия и находить в этом главное удовольствие жизни.

- Не выгоднее, ли, как многие, просто присягнуть на верность действующему режиму? Посмотрите, сколько звезд попало в Госдуму с билетами «Единой России»?! Третьяк, Розенбаум…

- Несколько месяцев назад я вместе с Третьяком летел в Америку, так он мне про свое желание стать депутатом Госдумы ничего не рассказывал, - ему самому, видимо, поздно об этом сказали. У меня есть его визитная карточка, на которой написано: Владислав Третьяк, Chicago Black Hawks Hockey Team Incorporated, Goalkeeper Instructor, – он тренер вратарей в Chicago Black Hawks. Так вот, извините, конечно, но я не думаю, что Владислав Третьяк хоть раз приедет к своим избирателям... Бог им судья, этим звездам, несчастные они, по большому счету, люди. Гребенщиков, сидящий с Грызловым за чашкой чая, Розенбаум, ставший депутатом… Да, я сожалею и о Гребенщикове, о Розенбауме, потому что эти люди добровольно потеряли систему координат. И право слово, над этим хочется смеяться…

- А Вы лично даже под угрозой пистолета не смогли бы похвалить президента, например, в своем «Плавленом сырке»?

- В сатирических передачах вообще как-то не принято хвалить. Но, пускай подставится, - я с удовольствием похвалю. В сатирической передаче умолчание – уже похвала. Если какие-то реформы в экономическом блоке вполне разумны, – замечательно, значит, они не подвергаются критике. Конечно, я не стану говорить, что объективен, - по воле Путина сменилось три моих программы, и я, разумеется, субъективен… Но я стараюсь быть честным, стараюсь, чтобы кровь не заливала глаза и не бросалась в голову. Да, как пели в «Пиковой даме», - «у нас с ним счеты». Есть, конечно, такой момент, но это только прибавляет энергии. К сожалению, мне не приходится придумывать поводов для критики. Для того, чтобы критиковать все то, что произошло в стране под руководством Владимира Владимировича, особой фантазии не требуется.

- Говорят, что истинное величие сатирика проявляется в способности посмеяться над собой. Вся страна видела «Розыгрыш» с Вашим участием. Скажите честно, Вы обо всем знали заранее, и просто хорошо подыграли организаторам?

- Могу сказать, что в случае со мной все – стопроцентная правда, никакой игры. Это был чуть ли не единственный розыгрыш, который организаторам, действительно, удался. Второго такого лоха они не нашли. Могу вас заверить, что все мои реакции были, к сожалению, самыми естественными. Должен сказать, что это была довольно жестокая шутка, но я дал официальное разрешение на ее трансляцию в эфир исходя их тех соображений, что я очень часто смеюсь над другими, а, значит, не вправе запрещать посмеяться над собой. Хотя после спрашивал организаторов, моих друзей, которые все это придумали, - а если бы меня стукнул инфаркт?!

- Расскажите, как Вы попали в тот провинциальный город…

- Программа «Розыгрыш», - это русский вариант итальянского проекта «Шутки в сторону». Правда, меня утешает, что в Италии, в оригинале, людей разыгрывали гораздо более жестоко, чем меня. Я видел пару розыгрышей, и теперь понимаю, что еще легко отделался. Меня пригласили на концерт в Подмосковье, в город Королев. Долго упрашивали, говорили, что - интеллигенция, бедные люди, заплатить особо не смогут… Ну, я приехал, ожидая увидеть полный зал интеллигенции. Зал был почти пустой. Какой-то клуб, сидели какие-то старухи со стариками, сзади какой-то взвод солдат. Я все проклял. Бывает, конечно, непрофессионализм в организации, - ну, не смогли собрать народ, а я уже приехал, деньги получил, значит, нужно все отработать и забыть, как кошмарный сон. Я почему-то сразу настроился на провал: люди сидят, как будто антенны отломаны, - я говорю, они не понимают. Как в последствии выяснилось, они не слышали меня в буквальном смысле, потому что были глухонемые. Ко мне вышла переводчица, и декорация была такая: я говорю, - она машет руками. Позор, конечно, полнейший, - представьте себе ощущение артиста, который полтора часа на сцене изгаляется с юмористической программой, при этом зал не издает ни единого звука. Из меня вытекло два литра холодного пота, но я твердо решил отстоять хотя бы полтора часа. А потом началось... Из зала вдруг встал человек с дикими антисемитскими текстами, дескать, развелось тут всяких Якубовичей и Шендеровичей на телевидении. Я, уже находясь в отвратительном настроении, начал этого человека гноить. И я его сгноил, и выгнал из зала. Потом вдруг появился какой-то спонсор, браток с распальцовкой, и сказал, что концерт заканчивается. За сценой он мне объяснил, что выгнанный мною дядька - это представитель местной администрации, и, получается, - я сорвал концерт и должен отдать обратно гонорар. И это - после двух часов чудовищных унижений. Когда я собрался выйти к публике с извинениями, откуда не возьмись, появляется милиционер. И тут выясняется, что уже есть протокол, и доллары, которые я отдаю обратно, - фальшивые. Я догадываюсь, что это провокация. Правда, я был уверен, что все это – происки врагов. Благо их достаточно. Тут я немножко успокаиваюсь, потому что я понимаю: ну, все, - я под Москвой, никто не знает где именно, ночь провожу в СИЗО, пристегнутый наручниками к батарее, меня бьют, пока я не сознаюсь в фальшивых долларах... В общем, я лох, конечно, полный, и когда мне сказали, что это розыгрыш, до меня еще несколько секунд не доходило. Должен сказать, что благодаря этой передаче я много нового узнал о себе. И та истерика, которая со мной случилась, - была, наверное, впервые в жизни. Разве могу я после такого эпизода в своей судьбе расстраиваться из-за проигрыша демократов!

- В роковую для наших демократов ночь Вы первым сказали: это большая удача, что Яблоко и СПС вообще не попали в Госдуму. Вы и сейчас так думаете? В чем для Вас главная сенсация прошедших выборов?

- Самый печальный итог выборов заключается в том, что десятки миллионов людей в нашей стране фактически оказались пораженными в своих правах. Лично меня в этой власти и в этой Думе не представляет никто, и таких как я – много. Мы стали свидетелями чудовищного давления и чудовищного использования административного ресурса. Но это меня мало удивляет. Народ, голосующий за гражданина начальника – многовековая традиция. Оно и понятно: все мы - люди поротые, привыкли, и при первом же сигнале побежали обратно на конюшню, сами сняли штаны, легли на козлы и даже вымочили розги, чтоб начальству было сподручнее нас пороть. Все это - рефлексы. Разница только одна: раньше использования административного ресурса стеснялись, теперь - стыд пропал. Дошло до того, что полпред президента в Северо-западном округе Илья Клебанов за несколько дней до выборов в Пскове на совещании с региональными СМИ прямо сказал, - надо использовать административный ресурс, потому что только партия «Единая Россия» поможет президенту построить цивилизованное государство. Вот так вот просто: «освобождаю вас от химеры по имени Совесть», как говорил один фюрер задолго до Клебанова... Поэтому, что касается массового голосования за единороссов, тут ничего удивительного нет. Сенсация для меня - не проход в Думу правых и очевидный рывок, который совершили националисты. Тысячу раз прав Жириновский, который говорит: в стране, где взрываются электрички, люди будут голосовать за ЛДПР. Победа Рогозина и Жириновского – это градусник на теле общества, который показывает высокую температуру. Это реакция, в частности, на Чечню, на огромное размежевание общества, на сознательно подогреваемый интерес к форме носа и цвету волос. Страна, где разжигается ксенофобия, не может голосовать иначе. Ну, а правые… Я и сейчас считаю, что их полный провал - это - большая удача. Гораздо опаснее и двусмысленнее были бы 5-6 процентов. Осознанное поражение – это возможность будущих побед. Для начала надо понять, что тебе вломили, что ты проиграл, проанализировать - почему ты проиграл. А уж потом – двигаться вперед… А что касается причин, то они ведь все на поверхности: правые весь огонь критики сосредоточили на Явлинском, а Явлинский главным объектом собственного пиара сделал близость с президентом. Ну не смешно ли?! Таким образом, и те, и другие абсолютно деморализовали свой электорат. Дай бог, чтобы они после поражения чему-нибудь научились. Хотя, судя по первым выступлениям Явлинского с торжествующей улыбкой на лице, - как же, мы победили СПС! – в этом приходится сомневаться.

- А Вы сами, если не секрет, за кого голосовали? Как человек состоятельный – наверняка за СПС…

- Я, конечно, не крупный капитал, но, действительно, хорошо зарабатывающий человек. Так уж сложилось, что я много и успешно работал в последние годы как раз в той отрасли, где платили деньги. Строго говоря, я, так сказать, естественным образом, должен был отойти к СПС. Но руководители партии умудрились сделать так, чтобы я за них не проголосовал. Если лидеры ответят на вопрос, как они этого добились, и почему мои родители и мой брат не проголосовали за них, - тогда у СПС еще есть шанс выжить и переродиться. Но если они будут без конца твердить, что все дело в административном ресурсе, да еще в том, что их обхитрили, - значит, плохи их дела, значит, не извлекли ребята никаких уроков. Да, лидеры правых совершили какие-то тактические ошибки, как говорил Чубайс, недооценили опасность – это все само собой, и это правда. Но есть еще «эффективный» менеджмент господина Коха, который возглавлял предвыборный штаб СПС, и есть слова Чубайса, сказанные три года назад о том, что русская армия возрождается в Чечне и его разглагольствования о либеральной империи и открытой поддержке Путина. Мне нет никакого дела до энергетических соображений Чубайса. Но я не могу голосовать за человека, который своим авторитетом оправдывает ежедневное смертоубийство. Да, я скрепя сердце проголосовал за Яблоко, хотя, честно говоря, было противно. Особенно, когда передо мной расстелили фотографию, где Явлинский и Митрохин сидят с президентом, и президент говорит, что с Яблоком надо сотрудничать. Я сразу сказал, что соревнования по вылизыванию путинской ладони «яблочники» у «единороссов» все равно не выиграют. Потому что те пошли ниже, да и захват у них больше: у них языки к этому делу более привычные. А у Явлинского язык, как я думаю, для других надобностей…

- Неужели люди просто разучились отличать черное от белого?

- Знаете, мне кажется, что, в определенной степени, - да. Многие не видят никакой связи между голосованием за Рогозина, который занимает откровенно националистические позиции, и тем, что через некоторое время опять пойдут новые порции гробов из Чечни, и снова будут взрываться электрички, и будут завинчиваться гайки, и весь бюджет опять будет уходить на военные расходы, и военные будут этот бюджет аккуратно разворовывать, потому что воевать, как мы видим, они не умеют. Люди не видят связи между голосованием и качеством жизни. Объяснять им – это и есть наша работа. Значит, работу свою мы выполняем плоховато. Значит, недостаточно хорошо объясняем.

- Скоро президентские выборы. Вы думаете, альтернатива есть?

- Я уверен, что количество голосов, которые могут собрать демократы – значительно больше, чем 5 процентов. Многие люди обязательно бы проголосовали за человека, который мог внятно сказать, что чеченская война, - предвыборная война, путинская война, никому кроме его клана не нужная и смертельная для России. Отвращение к войне в стране больше, чем на 5 процентов. С моей точки зрения, на президентские выборы нужно выдвигать внятного демократического, антипутинского кандидата. Если будет открыто заявлено: мы идем, потому что против войны в Чечне, против бандитизма, усиления спецслужб, против возвращения в совок, против однопартийной системы, - я глубоко убежден, - такой кандидат, 20 процентов обязательно наберет.

- Скажите, после закрытия всех телеканалов, где Вы работали и передач, которые Вы делали, желания уехать не было?

- Было. Но я же не уехал… В данном случае, последовательных позиций может быть две. Либо по совету Жириновского уехать, признав полное поражение собственной жизни (а для меня это так), и просто доживать где-то, либо - именно из чувства самосохранения, - изо всех сил, каждый день и с любой площадки напоминать тени, чтоб знала свое место. Я остался…

Беседовала Наталья Захарчук
Автор благодарит Клуб региональной журналистики «Из первых уст» за организацию встречи с писателем.

Комментарии

Гость
Выбор читателей

Аналитика

11.12.2017 12:03
Обществоведение
Адвокаты экс-главы Карелии и бывшего директора музея "Кижи" Андрея Нелидова подозревают, что их подопечный стал жертвой разработки спецслужб.
08.12.2017 14:53

Чтиво

07.12.2017 11:20
Личное мнение
В чем заключается мудрость принятого МОК решения об отстранении России от Олимпиады из-за допинга? Мнение Олега Реута.

Опрос

Часто ли вы летаете самолетами из Карелии?