ПОСМОТРЕТЬ
Чтиво. Частная жизнь
13:06, 05 Марта 2012

Януш Вишневский: «Счастье – это скучно»

Автор культового романа «Одиночество в сети» – о грусти, любви, вымирающих мужчинах и своем желании стать женщиной.

Петрозаводск посетил писатель с мировым именем Януш Вишневский. В 2001 году польский ученый, с 1998 года живущий и работающий в Германии, написал любовный роман, который до сих пор бередит сердца представительниц прекрасного пола в разных уголках планеты. «Одиночество в сети» стало бестселлером не только на родине автора, но и во многих других странах, в том числе в России. На электронный адрес писателя, которого провозгласили знатоком женской психологии, посыпались тысячи писем от благодарных читательниц. Последующие произведения Вишневского столь грандиозного успеха не имели, хотя в общей сложности он написал уже 13 книг. Кстати, новый роман польского прозаика должен выйти в нашей стране осенью этого года.

 
Визит Вишневского в карельскую столицу состоялся в рамках его поездок по городам Северо-Запада.
 
«Я первый раз в Петрозаводске. Много раз был в России, но издательства меня посылают туда, где России нет – в Петербург, в Москву. Я хотел посетить и другие города, и очень рад, что приехал сегодня из Петербурга на машине в Петрозаводск», – рассказал Януш Вишневский на пресс-конференции, которая предваряла творческую встречу в Национальном театре.
 
Пан Вишневский, к слову, неплохо говорит по-русски и хорошо понимает язык. Кроме того, он владеет английским, немецким и, конечно, польским языками. Встреча в Национальном театре, в зале которого не было ни одного свободного места, а публика по традиции была преимущественно женская, шла на английском с переводом на русский. Но временами писатель переходил на язык своей аудитории, иногда даже шутил на нем. Вообще, Вишневский, который, как и обещал, не покинул стены театра, пока не подписал в ходе автограф-сессии последнюю книгу, оказался человеком приятным, остроумным, светлым. Его не задел даже откровенный выпад одного из немногочисленных мужчин в зале, который заметил, что от его творчества исходит «тончайший запах ереси», впрочем, как и от Милана Кундеры и Станислава Лема. Он лишь улыбнулся и сказал, что не согласен с этим утверждением.
 
За два, в общей сложности, часа общения с журналистами и читателями Януш Вишневский рассказал о том, как он пишет свои произведения, дал оценку польской киноэкранизации «Одиночества в сети», и вывел формулу идеальных отношений между мужчиной и женщиной.
 
 
О себе
 
«Когда я про себя рассказываю, то я никогда не говорю, что я писатель. Возможно, что мой первый роман и получил такой успех именно потому, что я не писатель. Я ученый, занимаюсь наукой в Германии, пишу компьютерные программы для большой корпорации по химии. Меня пригласили в Германию на один год, но так вышло, что я остался на 25 лет. Впрочем, поляки никогда не распаковывают последний чемодан, и думаю, что в этом году я вернусь в Польшу.
 
Сейчас я живу жизнью шизофреника. Стоит мне перелететь из Германии на самолете несколько рек, как я превращаюсь из ученого в писателя. И я встречаюсь с интересными людьми, узнаю интересные истории и живу ради интересных эмоций. Вот почему я провожу такие встречи с моими читателями. К сожалению, это случается редко, потому что я очень занят научной работой. Люблю бывать в России. Так, как здесь, меня принимают только в Польше и Украине.
 
Я раньше и не подозревал, что цитирую кого-то из великих, когда говорю, что наука – это моя жена, а литература – любовница. С ней у меня разворачивается потрясающий роман: я думал, это будет всего один раз (все мужчины всегда так думают), но оказалось, что мне это нужно снова и снова. И я все еще верю, что моя жена не знает о моем романе и никогда не узнает. Но это тоже типично для мужчин – так думать».
 
 
О первом романе:
 
«В 1998 году я начал писать книгу, потому что мне стало очень грустно. Грустно из-за женщины. Я решил как-то с этим справиться, и беседа с самим собой мне показалась лучшим способом выхода из такой ситуации. Вот почему книга «Одиночество в сети» получилась довольно печальная. И это, наверное, причина того, почему эта книга так популярна в России. И поляки, и русские – мы любим грустить. Да еще и водки в эту грусть подливаем, чтобы совсем грустно стало.
 
«Одиночество в сети» – это не мое название. Когда я отправлял книгу в издательство, она называлась «Чат». Но тогда это английское слово было не особо знакомо полякам, и название заменили на «Одиночество в сети».
 
Эта книга – самая для меня важная. Она вышла в нужное время в нужном месте. Но я бы не хотел, чтобы меня воспринимали как автора только одной книги. Когда в Польше издали мой роман «Бикини», то на рекламном щите вместо: «Новая книга Януша Вишневского» – было написано: «Новая книга от автора «Одиночества в сети». Не могу сказать, что я не сплю из-за этого ночами, но для меня это действительно проблема».
 
 
Об экранизации «Одиночества в сети»
 
«Я видел польский фильм. Он очень плохой. Нет, он хорошо сделан – его поставил Витольд Адамек, мой друг, и он знает, как я отношусь к его фильму, – но он не отражает мою книгу. Бестселлер действительно трудно экранизировать. Но в 2009 году русские сделали адаптацию моей книги для театра. И театр Балтийский дом в Петербурге поставил эту пьесу. Вернее, спектакль поставил польский режиссер Хенрик Барановский, но труппа – русская. Я был на премьере. Прекрасная адаптация! Спектакль играют уже три года. При полном зале.
 
Канал СТС хочет сделать русскую версию фильма, мини-сериал. Возможно, в конце этого года вы сможете его посмотреть. Я очень жду его выхода, потому что я знаю, что это будет очень эмоциональная адаптация. Польские и российские женщины очень похожи, они одинаково прекрасны».
 
 
О женщинах
 
«То, что я хорошо знаю женщин, я открыл для себя из газетных публикаций и рецензий на свои книги. Да, меня очень интересуют женщины. Пять лет я был от них оторван, когда учился в морском училище. Учиться там было замечательно, у меня появилось много друзей. Одно плохо – женщин не было совсем. Может быть, по этой причине я поставил их на некий пьедестал и смотрю на них снизу вверх. Правда, некоторые польские критики считают, что я поставил их на пьедестал для того, чтобы увидеть, какого цвета нижнее белье на них надето…
 
Нет ни одной книги по женской психологии на немецком, английском, польском языках, которую я бы не прочитал. Меня очень интересуют эмоции, а женщины выражают огромное количество эмоций самым прекрасным образом. От мужчин же об этих эмоциях ничего узнать нельзя. Кроме того, у женщин прекрасный химический состав. Я вас уверяю, что в моей крови совершенно нормальный уровень тестостерона и мне присущи чисто мужские недостатки, но я хотел бы стать женщиной. Всего на один год».
 
 
О мужчинах:
 
«Мужчины как вид постепенно вымирают. Потому что хромосома, которая отвечает за мужское начало, деградирует. В следующем месяце мужчины, конечно, не исчезнут, но через 150 тысяч поколений это может случиться. Могут ли женщины с этим что-то сделать? С точки зрения генетики, ничего с этим поделать нельзя. Но женщины должны заботиться о мужчинах, потому что мужчины по натуре слабые. Если вы хотите, чтобы ваш мужчина всегда был рядом с вами, вы должны каждый день говорить ему, что он самый лучший в мире. Возможно, это поможет и его генам.
 
Мне жаль, что мои книги читает мало мужчин, потому что многие женщины и так знают, о чем я пишу, а мужчинам неплохо бы узнать. Мне интересно, что будет в Китае, где в этом месяце будет впервые издано «Одиночество в сети». Как там отреагируют на мой роман?..».
 
 
О любви:
 
«Я смотрю на любовь как на эмоцию. Я химик и знаю, какие вещества появляются у нас в мозгу, когда мы влюблены. Их можно увидеть с помощью томографа. Во время влюбленности в нас появляются некие субстанции – нейропептиды, которые принадлежат к группе опиатов. Любовь вообще начинается с амфетамина. А потом у вас в мозгу появляются энфдорфины, которые сравнимы с морфием, кокаином, героином. То есть вы носите в своей голове то, за ношение чего в кармане вас бы арестовали.
 
Но с другой стороны, я переживал эти прекрасные эмоции, не как лаборант, а как поэт. Я много знаю о химической составляющей этой эмоции, но по-прежнему нахожусь под впечатлением от ее красоты. Как астроном, который любуется заходом солнца.
 
А еще я достаточно пожил на этом свете, чтобы понимать, что либидо – не самое важное в отношениях между мужчиной и женщиной. Формула хороших отношений – это 90% общения и 10% хорошего секса. Мне жаль всех мужчин, которые хотели бы поменять эту пропорцию».
 
 
О творчестве
 
«Все мои книги я написал на польском, за исключением научных – их я писал на английском. Писать о любви и эмоциях я могу только по-польски, чтобы можно было играть с нюансами, значениями слов.
 
У меня большие проблемы с тем, чтобы писать что-то выдуманное. Я не умею сочинять. Для меня проще описывать происходившее. Персонажи моих книг существовали на самом деле, я просто поменял имена. А если я пишу, что это здание находилось в трех улицах от другого, то значит, так оно и было на самом деле, потому что я там был и прошел все эти три улицы. Это как наваждение – желание быть правдивым. Впрочем, это не означает, что я не могу быть романтиком.
 
Я ничего не писал о счастье ни в одной из своих книг, потому что счастье – это довольно скучно. Начнешь читать такую книгу – заскучаешь уже после второй страницы.
 
Обычно я пишу в выходные, в дороге, вечерами. Иногда за три дня удается написать три главы, иногда – только три строчки. Чтобы писать, мне нужно стать грустным. И я специально ввожу себя в состояние меланхолии, слушая особую музыку, читая грустные стихи. А потом откупориваю бутылку хорошего вина – и начинаю писать. Я пишу свои книги так же, как вы их читаете: мне тоже интересно, что же произойдет дальше.
 
Название книги приходит чаще всего в конце. Но некоторые книги в разных странах выходят под разными названиями. Например, моя вторая книжка, сборник рассказов, который я очень люблю, в Польше называется «Синдром напряжения», во Вьетнаме - «Аритмия», а в России – «Любовница», потому что секс всегда хорошо продается».
 
 
О литературных пристрастиях:
 
«Если бы мне нужно было назвать автора, с произведениями которого я бы сравнил мои книги, то это оказался бы Эрих Мария Ремарк.
 
Художественную литературу читаю слишком мало – просто нет на это времени, приходится читать научную. Но когда время появляется, то я предпочитаю классику. Я знаю, что в России люди делятся на две категории – одни любят Толстого, другие – Достоевского. Я на стороне Достоевского.
 
Я всегда одновременно читаю три книги: на немецком, английском и польском. Это необходимо, чтобы не потерять языки».
 
 
О боге
 
«Можно сказать, что я физик, верующий в бога. Я не верю в сказки про грех, ад и рай, но я верю, что существует великая сила, которая создала все вокруг. Я называю это богом. Я иногда беседую с ним. Хожу в церковь. Не в воскресенье, когда много народу, а по понедельникам, когда никого нет. В моей новой книге я поместил свою маму в ад. Она оттуда разговаривает со мной и встречает там многих интересных людей: Мэрилин Монро, Есенина...»
 
 
О признании:
 
«В Польше самая престижная литературная награда – это «Ника». У меня еще ни одной нет. Но меня это не расстраивает. Я каждый день получаю мнения о своих книгах от своих читателей – критику и обзоры.
 
Один мужчина как-то написал, что приедет на следующую книжную ярмарку в Варшаве, чтобы дать мне в морду. Потому что его жена всю ночь читала мою книгу, а утром собрала чемодан и уехала от него.
 
А 18-летняя девушка, у которой был рак, она умирала и ей ежедневно приходилось мучиться от боли, написала мне, что на те два дня, которые она посвятила чтению моей книги, боль отступила. И это гораздо большего стоит, чем «Ника».
 
Лидия Панасюк

Комментарии

Гость
Выбор читателей

Чтиво

15.12.2017 15:09
Без политики
Телефоны в ореховой пасте, деньги в лифчике и сим-карты в помидорах пытаются передать заключенным Карелии.

Опрос

Какую сумму вы планируете потратить на новогодние подарки?