ПОСМОТРЕТЬ
Чтиво. Спецпроект
13:42, 27 Ноября 2013

Искры навсегда

…Золотые искры разлетаются из-под тяжелого молота кузнеца Илмаринена. Он за работой. Утреннее солнце зажигает искры, отражаясь в кусочках мозаики большого панно на стене Финского театра, которая обращена к площади Кирова. Кузнец, словно, снова ударяет чудесным молотом: все сильнее сверкают искры – золотые, как солнце, встающее над Петрозаводском. Это картинка из детской памяти.

Сколько себя помню – помню площадь Кирова, здания театров на ней, и профиль Илмаринена на стене Финского театра. Сейчас он называется иначе – Национальный театр Карелии, и утренние прохожие не видят чудесных искр, которые были видны издалека в солнечную погоду во времена нашего детства. Зато посетители театра могут подойти к знаменитому панно, чтобы полюбоваться им: после реконструкции здания театра большой застекленный эркер сделал фрагмент стены с Илмариненом частью театрального фойе, которое называется Эркерным, или Левым – по расположению. Панно с Илмариненом – символ Национального театра.

Площадь Кирова всегда была центром театральной жизни Петрозаводска и Карелии. Четыре театра располагались прежде в двух зданиях, выходящих на площадь. В здании Музыкального театра работал также Русский драматический театр, а Театр кукол – и сейчас в одном здании с Национальным театром. Тогда эти здания было принято коротко называть Русским театром и Финским театром.

Так театр выглядит сегодня

Национальный театр Карелии на особом месте в моей жизни. С самого детства, более четырех десятилетий, я его постоянный благодарный зритель, и ни в одном другом театре я не бывал чаще, чем в Национальном театре Карелии. Поэтому и эти «театральные» записки – про старый добрый Финский театр.


В театр – как на праздник

Когда я был маленьким, мы ходили в театр всей семьей – бабушка и дедушка, мама и папа, старшая сестра и я. Театральный вечер, не говоря уже о премьере, был большим событием, и к нему готовились, как к настоящему празднику – заранее. Приготовления были радостными, и одежда праздничной – у женщин красивые вечерние наряды, у мужчин – костюмы, светлые рубашки, галстуки, начищенные ботинки. В театр ходили себя показать и других посмотреть, и было принято приходить с небольшим запасом времени, чтобы успеть поприветствовать друзей и знакомых перед началом спектакля. Многие из зрителей разговаривали друг с другом по-фински, и спектакли шли на финском языке. В руках у тех, кто слушал синхронный перевод спектакля на русский язык, были наушники. Нарядные люди с наушниками и без них прогуливались по театральным фойе, приветствовали друг друга, шутили, беседовали. Театр был местом встречи петрозаводчан, и не случайно, что со многими людьми я познакомился на спектаклях Финского театра.

Лет двадцать назад мне впервые довелось побывать на спектакле в одном из театров Финляндии. Интересная пьеса, удачная постановка, хорошая игра актеров, удобный просторный зрительный зал – все это мне понравилось. Правда, я очень удивился, когда некоторые зрители стали входить в зал и занимать свои места с бокалами пива из театрального буфета. Финский коллега заметил мое удивление и сказал, что здесь так принято. Я только и нашелся ответить, что у нас театр это праздник и храм искусства, и в храм, то есть в зрительный зал, с пивом нельзя. Я и сейчас в этом уверен.

На месте нынешнего Национального театра Карелии некогда располагался кинотеатр «Триумф». В 1965 году завершилась его реконструкция, и здание утратило свой прежний внешний вид. Тогда же в него переехал Финский театр, работавший раньше в знаменитом «Доме крестьянина» на улице Гоголя. К сожалению, этот уникальный памятник деревянной архитектуры и истории Карелии позднее погиб при пожаре.

Здания Русского театра и Финского театра были не похожи друг на друга. Введенное в строй в 1955 году здание Музыкального и Русского драматического театров, словно, подражало Большому театру, неся в себе настроение и русской классики старых времен, и фундаментальный размах сталинской эпохи. Облик Финского театра, казалось, оппонировал самой архитектуре времен «культа личности». Лаконичная, «геометрическая» строгость форм без прежних «архитектурных излишеств», архитектурный модерн времен «оттепели». А в нём – в отличие от безликих «хрущёвок» – что-то очень самобытное, особенное, северное, что хорошо соответствует названию и предназначению – Финский театр.

Оба здания с разницей в десятилетие спроектировал и построил один и тот же архитектор – Савва Бродский.

«Северным» было и фойе Финского театра. Перед входами в зрительный зал были небольшие кусочки Севера – стволы карельских берез на основании, покрытом камешками и мхами. В детстве мне очень нравилось проходить мимо этих берез, подходить и прикасаться к ним. Камень и дерево в тогдашних интерьерах театра, удачно передавали наш карельский колорит. Сейчас обновленные интерьеры выполнены в современных материалах, а стволы берез можно увидеть в знаменитом кафе Дома актера. Но о нём – чуть позже.


"Лучший концерт это буфет"

…Мимо берез – в зрительный зал с удобными креслами, обтянутыми темно-желтым и темно-синим бархатом. В книге воспоминаний актера и режиссера Финского театра Суло Туорила, вышедшей на финском языке в Петрозаводске в 1976 году, есть фотография репетиции на фоне зрительного зала, и, приглядевшись, замечаешь, что кресла разных цветов. Почему кресла были двух цветов, я не знаю, но эти кресла запомнилось. Как запомнился тяжелый театральный занавес. Он открывался, и начинался спектакль.

А в антракте был буфет. «Лучший концерт это буфет», – шутя, говорил по-фински дедушка, когда мы устремлялись в буфет. Сейчас на месте буфета одна из кофеен сети «Парижанка» – «Театральная», но она не для театралов. А тогда, в детстве, это был настоящий театральный буфет – с вкуснейшим лимонадом с пузырьками для нас, с кофе, вином и шампанским для взрослых. Ко всему этому – советские деликатесы: бутерброды с красной икрой и красной рыбой, пирожные, апельсины и шоколад. До сих пор удивляюсь, как зрителей успевали обслужить в театральном буфете за двадцать минут антракта: не слышал, чтобы кто-то жаловался, мол, не успели. А в студенческие годы мы с друзьями любили угоститься хорошим сухим вином все в том же любимом театральном буфете.

Одной из легенд Финского театра было кафе в Доме актера. Прежде в нашей среде его называли «ВТО» по сокращению, означавшему: Всероссийское театральное общество. Сейчас это СТД – Союз театральных деятелей. Расположенное где-то в театральном «закулисье» актерское кафе, было, как, символ богемы, той особенной, потаенной театральной жизни, что не видна из зрительного зала. Тогда это кафе волновало, интересовало, возбуждало интерес, и далеко не все могли туда попасть. В детстве я слышал рассказы о стенах, облицованных срезами лесных карельских деревьев, с автографами многих знаменитостей, оставленных ими на срезах. Повзрослев, я увидел эти автографы и прикоснулся к срезам, побывав на многих торжествах в легендарном кафе Дома актера.


"Швейцар, такси, пожалуйста"

Я был в десятом классе школы, и мне довелось оказаться в театре, сопровождая троих мужчин – знакомых нашей семьи из Финляндии. После спектакля они уезжали на поезде в Ленинград, и мы решили уйти перед концом второго действия, чтобы гости вовремя успели попасть в гостиницу «Северная», а оттуда на вокзал. Я предполагал проводить их до гостиницы, и думал, что мы пойдем пешком. Но один из финнов попросил вызвать такси. С такси в то время было совсем непросто: попробуй, дозвонись в это самое такси. И откуда звонить? Я оставил гостей у гардероба, пару раз обогнул фойе, заглянул в опустевший буфет и вернулся ни с чем.

Один из финнов радостно сообщил:

– Все хорошо, такси скоро приедет, швейцар нам его вызвал.

– Какой такой швейцар? Здесь нет швейцара, а только женщины-администраторы.

– Вот же швейцар, – гость показал рукой.

Неподалеку от нас стоял седой мужчина лет пятидесяти, одетый в темный костюм с таким же строгим галстуком. Я предложил гостям подойти к нему, и по-фински представил их друг другу:

– Тойво Хайми, директор Петрозаводского Финского драматического театра.

– Директор, директор… – промямлил финн и раскраснелся. – Какая ужасная неловкость… Какой конфуз с моей стороны… Прошу прощения, господин директор…

Тойво Семенович улыбнулся и сказал, что нам повезло: в такси ответили сразу, как только он набрал номер диспетчера с телефона в помещении кассы рядом с фойе. А до этого он просто прогуливался в своих раздумьях по пустым театральным фойе.

Мы еще раз поблагодарили и отправились в гостиницу. По дороге двое иностранцев отчитывали своего товарища:

– Как ты мог нас так опозорить! Как ты мог принять директора театра за швейцара!

Вскоре после этого курьезного случая Тойво Хайми был назначен на должность заместителя культуры Карельской АССР.

…Сколько их – историй и воспоминаний, связанных с Финским (Национальным) театром, его людьми и спектаклями. Историй веселых, радостных, иногда грустных. Как золотым искрам – не погаснуть им в памяти. Это вечные искры: Илмаринен все кует и кует чудесное Сампо.

Армас Машин


Ретроспектива. Авторский проект Армаса Машина

Ретроспектива это взгляд в прошлое, обозрение прошлого. Проект посвящен жизни Петрозаводска и Карелии последней трети ХХ века. Это время «эпохи застоя», перестройки и «лихих девяностых». «Ретроспектива» – авторский взгляд на время, которое когда-то было настоящим и будущим, и ушло в прошлое. Там отправная точка экскурсов в более давние времена.

Комментарии

Эмигрант
2013-12-07 12:54:23
Да, повеяло. Спасибо, Армас. У меня правда, несколько другой театр заслонил вот эту торжественную внешнюю часть - я ведь работал внутри, монтировщиком декораций. Спектакли тоже приходилось смотреть больше с изнанки - из актерского предбанника, с рабочих галерок, из-за декораций. И актеры воспринимались иначе, не в роли, а в грмерных, в том же Доме актера во время премьерных застолий. Ну и сами монтировщики, столярка, костюмерная - это особый мир. У меня про него целая повесть была, ставшая позже частью романа. По русски вышла года два-три назад в Севере, да никто, по-моему, и не заметил.
Андрей Тюков
2013-11-27 17:46:28
Детством повеяло... Тёплый, добрый, очень человеческий рассказ-воспоминание. Да, "финский" Петрозаводск, как и Финский театр, по-видимому, уже заняли своё место в прошлом. Поаплодируем им, их героям (и нам тогдашним), со сцены сегодняшней, если "выйдем на поклоны"... пока есть ещё, куда выходить... А те "искры", они - навсегда, согласен.
Гость

Чтиво

07.12.2017 11:20
Личное мнение
В чем заключается мудрость принятого МОК решения об отстранении России от Олимпиады из-за допинга? Мнение Олега Реута.

Опрос

Какую сумму вы планируете потратить на новогодние подарки?