ПОСМОТРЕТЬ
Аналитика. Обществоведение
16:29, 25 Июня 2013

Ода ушедшему городу

Разрушение объекта культурного наследия – здания бывшей поликлиники на проспекте Ленина, продолжает оставаться темой номер один. Наши постоянные авторы и читатели пытаются анализировать произошедшее, кто-то однозначно заявляет о варварстве со стороны собственника, кто-то считает, что "сохранение ради сохранения" нелепо и вредит Петрозаводску. Сегодня мы публикуем сразу три авторских взгляда на случившееся. Один из них – в стихах.

Вадим Слуцкий: «Это что-то вроде убийства»

– Я не архитектор и не строитель: мне сложно судить о целесообразности разрушения бывшей детской поликлиники в центре Петрозаводска, о чём сейчас многие говорят. То, что написано ниже, – только моё мнение, моё субъективное отношение к этому событию.

Некоторое время тому назад в Петрозаводск приезжали детские писатели из Германии. Им очень понравились в нашем городе деревянные дома. Почему понравились? Дерево – особый материал, живой. Деревянные дома – даже типовые коробки – всегда имеют своё лицо. Среди таких домов человек чувствует себя спокойно, ему не скучно. Писателям нужны впечатления, вот они их и получили, «общаясь» с деревянными домами Петрозаводска. Я тоже писатель, увлекаюсь фотографией. Одно время я много ходил по Зареке, снимал деревянные дома, дворы, даже заходил в подъезды. Это было интересно. У меня есть серия снимков «Русские окна», сделанная в то время. Почему человеку необходимы старые здания, старая мебель, какие-то вещицы, давно уже не имеющие потребительской ценности, которые мы храним дома десятилетиями и высоко ценим? Почему при пожаре многие спасают прежде всего старые фотографии?

Так мы, люди, устроены. Лишённые прошлого и его материальных символов: зданий, предметов, названий – мы потеряем почву под ногами. Перестаём понимать, кто мы и зачем мы здесь. «Человек – это сеть связей», – сказал Сент-Экзюпери. Если нет ничего, напоминающего о прошлом, теряется связь, – а значит – исчезает человек. Мы оказываемся одни в пустом мире, где никак не обозначено наше присутствие, что для нас невыносимо.

Если говорить о зданиях, то старые здания – небольшие: ещё и поэтому они приятнее для нас. Кроме того, человеку психологически трудно выдержать однообразие – а старые здания все разные, у них всегда есть индивидуальность, своё лицо, они неповторимы. Вот почему во всём мире – в цивилизованном мире – люди так берегут своё прошлое, стараются сохранить неповторимый архитектурный облик своих городов, тщательно реставрируют старые дома.

В Карелии, разумеется, это тоже делается, но только тогда, когда в том есть прямая шкурная выгода. Пример – Кижи. Это коммерческий проект, очень успешный. Поэтому никому не придёт в голову сносить что-то на острове Кижи: всё это «старьё» даёт жирный навар. А вот когда навара нет – тогда жителям России непонятно, для чего беречь старьё.

А это нужно – просто для того, чтобы оставаться людьми. Но, как ни странно, есть такие человеческие существа, которые к этому совершенно не стремятся. Ведь «двуногое без перьев» – это ещё не обязательно человек. Ещё одна странная особенность homo sapiens – возможность полностью расчеловечиться, отказаться от человеческого в себе, утратить свою сущность. Превратиться просто в животных, правда, мы не можем, но стать какими-то уродами, лишёнными нормальных человеческих стремлений и чувств, можем – и даже очень легко, – было бы желание.

Такие нравственные уродцы, духовные мертвецы – это важно понимать! – не жертвы каких-то там «кровавых режимов». Они сами – добровольно – стали такими: потому что уверены, что так лучше, удобнее.

Очень точно сказал об этом Мераб Мамардашвили: «Рабство выбирают, пользуясь свободой, данной каждому человеку. Если человек – раб, значит, он сам это выбрал, он сам так решил».

В этом смысле разрушение кинотеатра «Сампо» и бывшей детской поликлиники в Петрозаводске – события знаковые. Это симптомы духовной болезни. Здоровый человек, повторяю, всячески бережёт то, что напоминает ему о прошлом, потому что это укрепляет его идентичность, его уверенность в себе, его связь с миром и другими людьми. Здоровый – духовно. Представьте себе человека, который сжигает альбомы со старыми фотографиями своей семьи, потому что они занимают много места в квартире. Это нормальный человек?

Так что разрушение исторических зданий – симптом. Стоит задуматься – какой болезни, как она называется и излечима ли она. Хотя, разумеется, это происходит не только в Петрозаводске и не сегодня это началось.

На самом деле разрушение таких зданий, как здание детской поликлиники на улице Ленина, – это что-то вроде убийства. А, может быть, и хуже убийства – если может быть что-то ещё хуже. Это гораздо страшнее, чем кажется. Поскольку явно показывает, что представляют собой те, которые разрушают, а также и те, которые это терпят. Те, которые разрушают, – временщики и оккупанты. А те, которые терпят, – покорные рабы, не ощущающие себя хозяевами на своей земле.

А больше никого тут и нет.

Вот это и страшно.

 

Вадим Штепа: «Поклонение прошлому
не должно доходить до абсурда»

– На полуразрушенном здании бывшей детской поликлиники появились два плаката, очевидно, вывешенные собственником, чьи усилия по сносу были приостановлены. На одном написано «Памятник власти, не дающей работать», на другом изображено симпатичное здание в историческом стиле, которое предполагается возвести на этом месте.

Не вдаваясь в подробности этого нашумевшего дела, все же хотелось бы спросить этого собственника: кто вам раньше мешал объяснить горожанам свой проект? Собрали бы пресс-конференцию, провели бы общественные слушания – и, скорее всего, городская публика одобрила бы такую трансформацию этого давно заброшенного здания. Но вместо этого его принялись внезапно, можно сказать, пиратски сносить – чем вызвали бурное общественное возмущение. И теперь доверие к этому, может быть, неплохому проекту перестройки здания существенно подорвано.

С другой стороны, сторонники «сохранения» этого здания, похоже, сами недопонимают, чего хотят. В сети часто публикуют его историческую фотографию, когда там размещалось Министерство иностранных дел Карело-Финской ССР. В те времена, конечно, здание выглядело куда более презентабельно. Но с тех пор обветшало настолько, что в последние годы было просто завешено различной рекламой и казалось, о нем просто забыли. Когда же его стали сносить, вдруг вспомнили о том, что это «памятник».

Некоторые общественники, требующие «сохранения ради сохранения», любят говорить, что «это наша история». Странная логика. Давайте тогда «сохранять» и разбитые дороги – это тоже «наша история», ведь по ним ходило много поколений. А теперь их следы варварски заливают новым асфальтом! Все-таки поклонение прошлому не должно доходить до абсурда.

Мы хотим жить в современном городе. Однако у нас часто противопоставляют историю и современность. За первую выдают какой-то идеализированный «исторический облик», которого уже практически не осталось. А «современность» представляют в виде повсюду одинаковых стеклянно-бетонных коробок.

На мой взгляд, это очень упрощенное противопоставление. Настоящая современность в градостроительной практике – это не стандартные коробки, но напротив, развитие местной архитектурной специфики. Так поступают во многих европейских городах, где думают о продвижении своих уникальных брендов. Например, финский городок Порвоо – практически полностью деревянный. Однако все его здания – не какие-то «памятники», с которых надо сдувать пылинки, но обычные жилые (живые!) дома, внутренне полностью модернизированные. Поэтому город ничуть не смотрится «ветхим» – а наоборот, выглядит красочным и вполне современным, сохраняя свое уникальное лицо и ломая стереотипы о «современности» как о чем-то небоскребно-пластиковом. Именно такая городская политика постоянно привлекает туда множество туристов.

Деревянная архитектура Петрозаводска также могла бы стать ярким городским брендом. И дело здесь состоит не только в сохранении старых зданий. Вполне можно строить и новые деревянные здания – со всеми современными коммуникациями, но в узнаваемом историческом стиле. Почему бы городскому управлению архитектуры не разработать такую программу? В противном случае, горожане так и останутся перед ложным выбором – либо сохранять ветхие строения, в которых жить и работать уже никто не хочет, либо – наблюдать нагромождение одинаковых в каждом городе коробок, которые окончательно уничтожат архитектурную специфику столицы Карелии.

 



Павел Арефьев:
«Исчез, пропал,
истаял город…»

Шестидесятый год. Сирени
Волной выносит на вокзал.
Петрозаводск, встав на колени,
Губу онежскую лизал.

Я вышел в сквер. Непустяковый,
Как помню, повод торопил,
Но очарован был подковой,
Прибитой зодчими под шпиль,

И этой улицы харизмой,
Где предстояло обитать,
Домами в стиле классицизма,
Петровским временам подстать.

Пройдя по лестницам и паркам,
Проспекту Маркса и к реке,
Запечатлел легко и ярко
То, что осталось вдалеке:

Где финским воздухом витало
От сохранившихся элит,
Ravintola, Tavaratalo -
Неповторимый колорит.

Где затерявшемуся в хоре
Средь многочисленных голов
Извлек свой философский корень
И дирижер, и сердцелов.

Где прежней власти креатуры
Не шли в тщете на поводу,
Чтоб завязать архитектуру
В утилитарную среду.

Где можно было без истерик,
Пантов, понтонов и посул
Уткнуться лбом в Бараний берег
И сесть вдвоем на Чертов стул. 

Запрыгнуть с пристани на катер,
Чело и чувства оголив,
Глядеть, как водяная скатерть
По острова легла в залив. 

Мы простодушны и наивны:
Давно расписаны висты –
И превращаются в руины
Кинотеатры и мосты. 

Идей и планов нет в помине,
Столетий опыт – не указ,
И громоздятся макси, мини
В дешевых платьях напоказ. 

Ищу, увы, напрасным взором,
С Древлянки глядя на восход –
Исчез, пропал, истаял город
И Александровский завод. 

О, вы, «свободою» гонимы
На все преграды и флажки -
Какого лешего, одни мы
И истуканы, и божки. 

Кого ответ держать заставить,
О чем друг друга допросить:
Какие памятники ставить?
Какие здания сносить? 

Еще не поздно, вдруг не поздно
Связать оборванную нить,
Сойтись соборно, а не розно,
Твитить, писать и говорить 

С трибуны, в прессе, в Интернете…
Мечтаем, здраву вопреки.
Ах, эти взрослые, как дети,
Хотя давно уж старики. 

                * * *

На шумном форуме Афинском
Разгул шекспировских страстей.
И, вслед за Гамлетом – Орфинским,
Вступаю я – клеврет сетей.

Комментарии

Гость

Аналитика

11.12.2017 12:03
Обществоведение
Адвокаты экс-главы Карелии и бывшего директора музея "Кижи" Андрея Нелидова подозревают, что их подопечный стал жертвой разработки спецслужб.
08.12.2017 14:53

Чтиво

07.12.2017 11:20
Личное мнение
В чем заключается мудрость принятого МОК решения об отстранении России от Олимпиады из-за допинга? Мнение Олега Реута.

Опрос

Какую сумму вы планируете потратить на новогодние подарки?