Чтиво. Без политики
10:59, 30 Мая 2019

"Символ женственности", или Эффект на кончике ножа

Наталья Венедиктова – врач-офтальмохирург высшей категории Офтальмологического центра Карелии, которая считает офтальмологию самой позитивной специальностью в медицине.

Ранее "Столица на Онего" сообщала, что в течение года будет знакомить вас со специалистами Офтальмологического центра Карелии, чтобы показать, что за белым халатом скрываются интересные люди, которые умеют не только высокопрофессионально выполнять свою работу, но еще являются, например, известными блогерами или отличными кулинарами, гонщиками, музыкантами, путешественниками, заядлыми рыбаками… И возможно, познакомившись поближе с докторами, к которым вы приходите на прием, вам будет легче общаться, появится доверие и уйдет боязнь человека в белом халате. Все это будет лишь способствовать скорейшему решению ваших офтальмологических проблем и выздоровлению.

Итак, наш следующий доктор в портретной галерее Офтальмологического центра Карелии – Наталья Николаевна Венедиктова. Еще в школе она решила пойти по стопам старшей сестры и стать врачом. Выбрав профессию, ни разу не пожалела.

"Обожаю офтальмологию и считаю, что это одна из самых позитивных специальностей в медицине, - говорит Наталья Николаевна, врач-офтальмохирург высшей категории. - Эффект от наших операций на кончике ножа. Мы сегодня оперируем, а завтра человек приходит уже с новым зрением. Он прозрел. И когда видишь эти счастливые глаза!.. Люди плачут от радости. Столько позитива, сколько мы, и так быстро никто не получает. И когда женщины, смотришь, почти слепые приходят, неухоженные. А на следующий день она пришла, а у нее уже платочек надет, губки накрашены – это чудо".

Так начался наш разговор.

А буквально за день до интервью я просила коллег Натальи Николаевны рассказать немного о ней, чтобы примерно выстроить разговор. Ответ был поразителен, он уместился всего в двух словах: "символ женственности". И все!

Вот такая короткая и емкая характеристика, которая, надо сказать, дорогого стоит, была дана Наталье Николаевне. Думаю, услышать подобную оценку от коллеги-мужчины было бы приятно каждой женщине.

С волнением ожидала встречи, не подозревая, что в это время где-то на другом конце города доктор, опытный хирург Наталья Венедиктова, как студентка перед экзаменом, тоже готовилась к разговору.

Расположившись в ординаторской, осторожно начали беседу, которая незаметно перешла в увлекательный диалог. Рассказала Наталья Николаевна и о далеком Магадане, где родители работали на приисках, и о большой семье, и о танцах на набережной Онежского озера.

"Наташа, не плачь"

- Как вы решили стать врачом?

- Очень многое в моей жизни произошло случайно и, наверное, по везению. Я никогда не думала стать врачом, я просто пошла по стопам своей старшей сестры – она врач-педиатр. И когда пришло время выбирать профессию, было настолько естественно. Так как я люблю свою сестру, уважаю и для меня она большой авторитет, это был медфак. На медфаке в ПетрГУ сложилась хирургическая группа и на распределении предложили: либо окулист, либо лор-врач - ехать надо было в Сортавала по распределению (когда мы заканчивали медфак, еще было распределение). И когда меня спросили: куда хотите - окулист или лор. Подумала и решила, что лором точно не хочу быть. Выбрала офтальмологию (это, кстати, было одним из моих везений) и не пожалела ни одной минуты. Обожаю офтальмологию и считаю, что это одна из самых позитивных специальностей в медицине, и хотела бы, чтобы дочка пошла по моим стопам.

В Сортавалу мне тогда ехать не пришлось, произошло много хитросплетений. Позвонил главный врач из Сортавала и сказал, что к ним приехал хирург с женой-окулистом, и поэтому нам офтальмолог не нужен. Я так плакала.

Тогда заведующий глазным отделением Республиканской больницы Владимир Григорьевич Звир, где я проходила интернатуру, сказал: Наташа, не плачь, мы найдем тебе место. И в Кондопоге, и в Пряже были места. И тут освободилось место в глазном отделении Республиканской больницы, и я пошла туда. Владимир Григорьевич взял меня тогда под крыло: это человек, который научил меня оперировать. Я буду благодарна ему всегда. 19 лет я проработала в глазном отделении Республиканской больницы - это неоценимый опыт, который я получила. Это хирургия вся, не только катаракта, это и плановые, и экстренные операции, и травма…

"Так захотелось"

- Как Вы приняли решение после 19 лет работы в государственной больнице уйти в частную клинику?

- Из Республиканской больницы я ушла в МНТК "Микрохирургия глаза" имени С.Н.Федорова – это была не частная клиника, а филиал госпредприятия Санкт-Петербурга. Возможностей у них на тот момент было больше, они делали операции новыми методами, которые использовались тогда только в МНТК. Мне так захотелось освоить новые методики. После МНТК в 2017 году я перешла в Офтальмологический центр, где сейчас с удовольствием работаю.

"Я люблю"

- Семья поддерживала ваши решения?

- Да, семья меня всегда поддерживает. Семья у нас большая. У меня муж – врач-травматолог. Ему это все близко. С мужем мы учились вместе в одной хирургической группе, но у нас были семьи. Мы встретились только через 15 лет, в сложный период в его жизни и в моей. Судьба свела нас. Повезло. Теперь у нас большая семья, потому что у него есть дети от первого брака, у нас есть дети. Мы любим собираться все вместе. У мужа уже взрослые дети, но они всегда к нам приезжают. А у нас два выпускника - сын 9 класс и дочка в 4 классе, поэтому у нас весело. Я люблю, когда собираемся все вместе и когда у нас много детей. Я люблю, когда к нам приезжают племянницы с семьями. Собираемся человек 14-15 на все праздники. Мы несколько лет назад переехали в пригород, и у нас есть возможность собрать большую семью.

– Нравится загородная жизнь?

- Очень. Но я думаю к этому надо прийти. Она не совсем для молодежи все же. Сейчас вот хочется этого. Первым делом, когда я возвращаюсь домой, я посижу минут 5 на скамейке, послушаю тишину - и отпускает, и можно жить дальше. В любом случае, работа наша связана с людьми - это большие затраты душевной энергии. Мы много получаем, но при этом и сами много отдаем, поэтому, конечно, отдых после работы именно такой нужен, - подзарядка тишиной.


Фото: Валерий Поташов

- Дети разделяют ваш выбор – жить за городом, в своем доме? Они имеют возможность общаться с друзьями после школы, ходить на спорт, в кружки?..

- Мы живем не совсем за городом, а на окраине, дети – уже не маленькие (это как раз к тому, что загород – не совсем для молодежи, надо детей немного подрастить). У нас рядом остановка, они всегда могут на автобусе самостоятельно добраться домой. В школу их отвозит муж, так как она по пути к его работе. Проблем нет. Есть секции – танцы, футбол. И рядом со школой живет мой папа, и у детей всегда есть возможность зайти к нему, перекусить, отдохнуть – он внуков очень любит и всегда ждет. Тут нам опять повезло. Это немаловажно в жизни. Хочется, чтобы и детям повезло.

- Дети уже знают, кем станут в жизни, выбрали профессию?

- Детям сложно выбирать, потому что у них опыта нет. Мы, родители, их должны как-то подготовить: выявить у них наклонности к чему-то, направить их, подсказать. Точно знаю, что сын не собирается идти по нашим стопам, он хочет строить дороги.

Дочка обещает стать врачом. И я поддерживаю ее и хотела бы, чтобы она стала офтальмологом. Я ей говорю: "Машенька, я расскажу тебе всё". Но она маленькая еще, посмотрим…

Сейчас ведь в школах тоже проводится профориентация. Детей водят на предприятия, возят в Санкт-Петербург в университеты... Многое, конечно, зависит от учителя.

Наш главный врач Павел Чеславович Завадский, например, не раз проводил экскурсии школьникам в Офтальмологическом центре, рассказывал, показывал операционные, кабинеты, современную технику. Дети очень были заинтересованы, у некоторых глаза горели. Может быть, кто-то из них выберет профессию врача.

Правда для пациента

- Вы очень тепло рассказываете о своей семье, детях, а как доктор-офтальмолог мы со своими родными общаетесь, проверяли у них зрение?

- Конечно (смеется). Полсемьи у меня прооперированы – все мои пожилые родственники. Дети, слава богу, с хорошим зрением. Бог дал. Но сейчас очень сложно сохранить это хорошее зрение: нагрузки сильные – телефоны, компьютеры - век технологий, без этого никуда не деться, от этого не оградить. Просто нужно понимание, что кроме телефонов и Интернета нужно заниматься чем-то еще. Лучше всего это спорт, лучше всего уличный - футбол, бег... Это то, что может остановить ребенка от бесконечного сидения в компьютере.

- Вы пациентам даете советы, как сохранить зрение, исправить, или чаще оперируете - и всё?

- Когда мы разговариваем с пациентами, мы говорим всю правду. В случае, например, наличия сопутствующих катаракте тяжелых заболеваний сетчатки, информируем пациента о прогнозе зрения. Но мы всегда верим в лучшее. В выборе тактики лечения крайне важно учесть все нюансы, выбирать всегда индивидуальный подход. Мы понимаем, что лечим не болезнь, а пациента. Я считаю, что диалог между пациентом и врачом перед операцией – очень важная составляющая успеха в лечении.

- Вы много лет работаете в медицине, можете сказать, изменилось ли за это время отношение людей к своему здоровью?

- Мне кажется, это все индивидуально. Кто-то с молодости трясется над своим здоровьем, проявляя гиперинтерес. А кому-то нет дела до последнего момента. Сегодня возможностей много. Даже предоставлен день для диспансеризации. Считаю, что люди хотя бы раз в год сами должны проверять свое здоровье. При поликлиниках есть школы здоровья: просто надо прийти, измерить давление, сахар, глазное давление и холестерин, сделать флюорографию. Это все доступно. Сама я честно это делают.

"Страх и ужас"

- Вы помните своего первого пациента?

- Конечно, помню. Это была очень пожилая пациентка из района, я оперировала ей катаракту. Она пришла к нам больницу совсем слепая, зрение было 1%, то есть она ничего почти не видела. Я помню этот страх, ужас и внутреннюю дрожь. Тогда меня поддерживал Владимир Григорьевич Звир. Я, конечно, бабушку прооперировала, у нее восстановилось 30% зрения, предметное зрение. Все завершилось благополучно. Она была счастлива – я еще больше счастлива. Но помню до сих пор. Передать эмоции, которые испытываешь, когда начинаешь оперировать, невозможно.

Когда я трудоустроилась в офтальмологическом центре и начала осваивать новые методы операций – такие как ультразвуковая факоэмульсификация – это было настолько волнительно, это совсем другая хирургия. Она радикально отличается от хирургии, которой мы занимались прежде, совершенно другой уровень. Когда за 10 минут мы можем вернуть человеку 100-процентное зрение – это фантастика! Я до сих пор считаю, что люди, которые придумали ультразвуковую факоэмульсификацию, – гении. О том, что мы сейчас делаем с глазами, мы не могли мечтать 10 лет назад, еще когда работала в глазном отделении.

Раньше говорили: подождите, катаракта еще не созрела. Сейчас, к счастью, можем оказать помощь сразу. Трудоспособных людей возвращаем в строй буквально через 2 недели. С новым зрением. Многие плачут. Пожилые говорят, что никогда так хорошо не видели, как после этой операции. Потому что мы убираем не только катаракту, но и решаем рефракционные проблемы – убираем близорукость, дальнозоркость. Люди получают зрение больше, чем имели всю жизнь.

И это касается не только тех пациентов, которые выбрали, скажем, мультифокальную линзу, монофокальный хрусталик тоже имеет право на жизнь. Имплантация мультифокального хрусталика имеет определенные требования к исходному состоянию глаза. Нюансов много. Мы когда смотрим пациентов перед операцией, к каждому подходим индивидуально: сколько людей, сколько глаз – каждому подбираем свой хрусталик.

"Танцы меня спасают"

- Чувствуете профессиональную усталость?

- Нет, потому что у нас позитивная работа. Мы больше получаем положительных эмоций от пациентов, чем отрицательных. А еще у нас великолепный коллектив. Я иду на работу с радостью и домой с радостью – это счастье.

- Как вы отдыхаете?

- Меня и мужа спасают танцы – любительские, социальные танцы. Преподает их Оленина Арина из "Ритма". Мы давно начали танцевать, еще до рождения дочки. Танцы социальные мы можем применить на любой вечеринке, под любую современную музыку. Мы можем танцевать фокстрот, вальс, танго, бачату.

Только музыка, только положительные эмоции, только танец!

Это другой мир, другое общение, интересные люди. Раньше мы танцевали у Маргариты Дейнека. Она проводила балы. Даже танцевали на набережной. Это были "Тучи в голубом", Орбакайте поет. У нас были такие шикарные синие платья, был день города, великолепная погода - вальс.

Сейчас танцуем для себя, в свое удовольствие. Дочка тоже танцевала в "Регтайме", но сейчас взяла перерыв. Мы немного расстроились этому решению, но не давим, потому что все, что ты делаешь, должно приносить удовольствие, тем более танец.

Дочь романтиков

- Вы строгая мама?

- Нет, я совсем не умею быть строгой. К детям я, наверное, даже чересчур лояльна. Я могу поругать, но жить в состоянии войны – нет, примирение происходит очень быстро. В вопросах воспитания для меня эталон мои родители: как так можно было нас растить?! Я не помню, чтобы они голос повышали на нас, наказывали. Мы приехали в Карелию из Подмосковья. А вообще, у меня мама – украинка, папа рязанский. Встретились они на Чукотке. Они геологи. На Чукотке родились мы с сестрой. Потом была Магаданская область, Монголия, Подмосковье, потом сюда перевели. Мои родители самые настоящие геологи. Папа работал на приисках, мама там же была картографом. Они видели настоящее золото. У меня есть мечта: я бы хотела съездить туда, где родилась, на малую родину.

Два года назад мамы не стало, она была очень светлым человеком, тяжело переживали ее уход, с сестрой поддерживали папу. Сестра старше меня на 6 лет, врач-педиатр. У нас в семье – педагоги, геологи и врачи. Романтики. У родителей всегда было много друзей, когда они собирались, то рассказывали интересные истории о своих путешествиях. Было здорово. У меня было счастливое детство.


P.S.

"Надо не бояться что-то менять"

- Сейчас мы работаем в такой клинике, где есть все – современное оборудование, безграничные возможности профессионального роста, есть поддержка коллег, грамотные руководители. Я познакомилась с легендой офтальмологии – Юрием Семеновичем Тоболевичем, увидеть, как он работать, ассистировать ему – это уже счастье.

Сейчас я счастлива, но оно появилось не сразу, я к нему шла, через решения, трудности. Наверное, скажу, что надо просто не бояться и менять что-то в жизни.

Считаю, что государственное и частная медицина должны в связке работать: главное, чтобы людям было хорошо.

Напомним, в Петрозаводске с 2017 года успешно работает Офтальмологический центр Карелии на набережной Варкауса, 1-б. Ранее здание этого центра было приобретено нашим соотечественником, предпринимателем из Литвы Олегом Ковригиным. Он реконструировал старое здание, оснастил его современным оборудованием, пригласил лучших специалистов-офтальмологов.

Рина Васильева

Лицензия №ЛО-01-01-001121 от 20.06.2017 Минздрав Карелии

На правах рекламы

Комментарии

Гость
Выбор читателей

Аналитика

Сегодня 14:33
Капитал
Почему жилой комплекс "Иволга" настолько популярен у жителей Петрозаводска, рассказала маркетолог компании "Баренц Групп" Мария Круглова.

Чтиво

Сегодня 14:34
Без политики
"С больничного на больничный" - знакомая ситуация?

Опрос

Может ли чиновник некорректно высказываться в соцсетях?