Петр Толстой уверен, что через 20-30 лет нынешнее информационное поле изменится до неузнаваемости – благодаря ежедневно меняющейся скорости мышления, огромным возможностям интернет-пространства и быстрой "работе большого пальца". Журналист уверен, что большинство людей читает только новостные заголовки, а фразы, состоящие больше, чем из 10 слов, попросту не усваиваются.

Журналисты задали Толстому вопрос о Законе о СМИ, который почти не работает из-за наслаивающихся на него новых законов. "Закон о СМИ, действительно, выглядит, как памятник", - считает Толстой. Журналиста пытаются придавить, приручить, перекупить, однако задача журналистики – бороться с такими явлениями.

Порассуждал депутат и о коллизии между европейским принципом, где главенствует слово "эффективность" и репутацией СМИ, репутационный критерий он назвал более важным.

С подачи представителя монашеского общества развернулась дискуссия о нравственности в нашем обществе, о том, что уходят "русские вещи" и нам с экранов телевизоров насаждают чуждые ценности. "Телевидение – это не вид искусства и просвещения, это бизнес, осуществляющий социальную функцию объединения в единое поле всей нашей большой страны, - ответил Толстой. – А бизнес ориентируется прежде всего на спрос".

Студенты спрашивали его также об отношении к Резолюции Европарламента о России, о цензуре, о Евросоюзе. Его, кстати, Толстой "похоронил": лет через 15 такого явления не будет.

На вопрос, зачем он пошел в депутаты, Толстой ответил, что после событий в Крыму и на Украине у него появилась надежда, что нашу страну можно изменить, и он хочет повлиять на эти изменения. При этом работу журналиста он считает интереснее, чем депутатскую деятельность.