В минувшие выходные в Карелии прошел Крошнозерский бревет на 200 км. 18 участников из Петрозаводска, Санкт-Петербурга и Ленобласти проехали кольцевой шоссейный маршрут из Петрозаводска через Пряжу, Крошнозеро, Савиново, Эссойлу и Чалну. Лишь один велосипедист сошел с дистанции после второго контрольного пункта. Остальные проехали все 200 км.

Напомним, бревет — это не соревнование. Главное — проехать и уложиться в определенное время. Для 200 км это 13,5 часов. К слову, один из участников едва успел. 

Такие марафоны хороши своей неспешностью. Участником можно отдыхать в пути, перекусывать. Был организован пункт питания с борщом, кашей, напитками и печеньем. Своими впечатлениями участники традиционно делятся в соцсетях.

— В 8:00 — старт, и я поехала. Поначалу было очень сложно. В голове засела паническая мысль: «Как я проеду все 200, если уже сейчас еле кручу?». Но тело вспомнило, что умеет, и через каких-то пять километров я «раскаталась». Дорога пошла веселее. Маршрут приятный своими видами и неприятный подъёмами, которые я не люблю. Но я очень логична: зарегистрироваться на бревет, где этого «развлечения» отсыпано в полной мере. К моему удивлению, они давались достаточно легко — в том плане, что не приносили сильных страданий. Периодами накрапывал дождь, не сильный, но промокнуть я успела. В целом погода была приятной для бревета. Ехала, слушала музыку, отмечалась на КП, по пути перекусывала, — рассказала гостья из Санкт-Петербурга Инга Тэн.

Впечатления всегда разные, зависят от уровня подготовки, настроения участников. Для кого-то сложной оказалась погода, для кого-то рельеф.

— Бревет «Крошнозерский»  с чудо горками (неожиданно), дождик и «легкий» встречный ветерок — ммм… В удовольствие, красивенько, хорошо, что поехал, — написал Виталий Кубасов.

А Марк Заозёрный, к примеру, свои ощущения передал образно в стихах. Публикуем текст целиком.

Это было вчерашним летевшим днём;
это было рассветом, закатом, — всем,
это лето стремительно шло на склон:
улыбалось и плакало вместе с тем.
Было радостно влиться в даль,
затуманенную дождём,
и счастливой была печаль,
навеваемая путём
через сумрачность облаков,
через дремлющие леса,
через спины лесных холмов;
эта серая полоса
никогда не устанет звать
и вовек не придёт в покой;
значит, снова куда-то мчать,
вспоминая, как быть собой
на границе всего и вся,
над расхристанностью сует,
отрекаясь, любя, грустя,
прорываясь в далёкий свет
сквозь болота, сквозь борщевик,
сквозь сосновых боров огонь,
сквозь покорность густых ракит,
охраняющих водоём —
это просто: поверить и улететь,
доверяясь отчаянью, октябрю,
понимая, что лету уже конец;
это просто, я говорю.
Осень здесь, за окном;
она всё готова объять сполна:
это небо и эту твердь
(а между — вырвавшуюся смерть);
но пока не рассеялся тот туман,
что так важно глотать поутру в пути,
остаётся важнейший на свете план —
к горизонту идти, идти,
зная: там, на краю всего,
есть назначенное тебе,
и, достигнув в пути его,
ты покажешь язык Судьбе,
и она всё тебе простит:
и смятенье, и дерзость снов,
и растерянность от обид,
и вопросы, которым слов
не хватает раздаться вслух —
и подарит слова, просты:
путь — спасенье от вечных двух бездн:
бессмертья и пустоты,
ну, а больше нет ничего,
лишь надежда с вершины скал
усмотреть этот хмурый путь,
тот, который всегда искал
и который всегда в себе
неосознанно носим мы —
и дороги, лучом средь тьмы
прорезающие холмы.

Это был последний бревет в сезоне. Напомним, всего их было пять: помимо «Крошнозерского», «Гирвасский», «Сортавальский», грунтовый бревет «Кварцитный» и «Карельский».