Северный филиал ФГБУ «Главрыбвод» продолжает серию публикаций соискателя института лингвистических исследований РАН, специалиста по вопросам языковых и этнических контактов Антона Соболева.

«В писцовой книге (поземельной описи) 1608–1611 гг. в Кольском уезде (современная Мурманская область) отмечается, пожалуй, первая фиксация слова акула в русском языке: «да в Кольской же острог приходят на удьбу двиняне, и кореляне, и поморских волостей люди, да ловят на Мурманском море рыбу троску, и палтус, и ахкулы, и меняют ту рыбу с немцы на товар».

В источниках XVII века прилагательный «акулий» употребляется также в связи с международной торговлей: «А учнут вам немцы про товары заказывати, приготовити к их приходу к новому лету ворванья и китова, и акулья, и троскина всякого морского сала в бочку» (Торговая книга, около 1575–1610 гг.).

Об использовании слова «акул» в Архангельске свидетельствует исследователь С. П. Крашенинников в «Описании земли Камчатки» (1755 г.): «после китов надлежит упомянуть здесь о мокое рыбе, которая у города Архангельского акулом называется».

Русский ученый Н. Я. Озерецковский в начале XIX века отмечает название рыбы в форме «аккула»: «Ее называют в Коле аккулою. На французском языке известна она под именем requin; на латинском же порода сия называется Squalus carcharias. Прожорливое сие животное величиною бывает более двадцати футов, и поглощает не только больших рыб, но и людей, как мертвых, так и живых, когда только имеет к тому случай. Промышленники уверяют, что аккулы чрезвычайной величины очень часто попадаются на ярусы, но как они их ни на что не употребляют, то с досадою отрезывают свои уды, аккулами поглощенные, и пускают их в море. По причине великого множества аккул, никогда не кидают они ярусов в Кольской губе хотя в нее множество рыб из Окиана заходит; но как и аккулы также в великом числе за ними туда следуют, то рыба за крючки схватившая была бы жертвой аккул, а не добычею промышленников».

Позднее у Даля также читаем: «аккула исланд. морская хищная рыба (Squalus)».

При этом в русских говорах Архангельской области слово сохранилось с ударением на первом слоге — áкула.

Изначально слово акула (áхкула, áккула) было обозначением обитающей в Баренцевом и Белом морях гренландской полярной акулы (Somniosus microcephalus). Здесь же обитает еще одна более мелкая акула — катран (Squalus acanthias). Однако, последняя известна в русских кольских говорах как ноготница, нокотница (по-видимому, из-за того, что ее кожа покрыта мелкой чешуей — «ногтями»).

Что же касается источника слова акула — его видят в саамском языке (саамское кольское akkăla, akkŏla «полярная акула»). Но и здесь оно было неисконным. Акулы были объектом торговли со скандинавами. Полагают, что именно из их языков (норвежское haakall, (древне)исландское hákarl «полярная акула») слово и попало к саамам.

В свою очередь, из русского слово попало в некоторые славянские (белорусский, украинский, болгарский) и тюркские (азербайджанский, казахский, киргизский, туркменский, узбекский и другие).

Что касается хозяйственного использования полярной акулы, то ее мясо содержит ядовитые вещества, для выведения которых требуется длительная обработка. Русские поморы ели акулье мясо «по большой нужде» после длительной выварки. Исландцы выдерживали его специальным образом и затем вялили.

Бóльший интерес представляла акулья печень («макса» или «воюкса») с высоким содержанием жира, из которой на специальных прибрежных «салотопнях» получали акулий жир («сало»). Он, в том числе в смеси с жиром морского зверя и трески (под общим названием «ворвань») использовался в качестве топлива для освещения, в медицинских, косметических целях, в кожевенном деле, а также как смазочный материал.

Автор: Антон Соболев.