В середине февраля министерство культуры России объявило конкурс на реставрацию Успенской церкви в Кондопоге, которая почти полностью сгорела в результате поджога в августе 2018 года. На восстановление памятника деревянной архитектуры XVIII столетия из федерального бюджета выделено свыше 131 миллиона рублей. 

Фото Ильи Тимина

«Столица на Онего» связалась с известным российским реставратором, лауреатом Государственной премии в области архитектуры и бывшим членом комиссии по наблюдению за проведением реставрационных работ на Преображенской церкви острова Кижи Александром Поповым и поинтересовалась, что он думает о воссоздании уничтоженного объекта культурного наследия в Кондопоге:

- Я глубоко убежден, что памятники, которые погибли, восстанавливать нельзя, сказал Александр Попов. - Это бессмысленно. Во-первых, это пустая трата времени, а с точки зрения памятника это, конечно, ерунда.

Приведу вам простой аргумент. Погибла картина Рембрандта, у нас есть ее черно-белые фотографии, у нас есть ее размеры, допустим. Скажите, можно ли восстановить картину Рембрандта по этим исходникам? Я думаю, что нет. То есть это можно сделать, но цена этому всему — ноль! Такая же история и с Успенской церковью.

А второй аргумент заключается в том, что у нас еще есть настоящие памятники, которые требуют не «выполнения пятилетки за один год» и за десять рублей, а настоящей реставрации. Но профессионалов у нас практически нет. Мы не учим и не проводим настоящих реставрационных работ.

Да, я понимаю, что среди реставраторов есть такое лобби, которое заинтересовано, чтобы шли деньги, давали какую-то работу, но к сохранению культурного наследия это не имеет никакого отношения.

Я очень любил этот памятник, бывал там не один раз, но я всегда вспоминаю слова Алексея Ильича Комеча, который возглавлял Государственный институт искусствознания. Мы с ним очень много беседовали о Карелии, и он говорил, что Успенская церковь в Кондопоге — это лучший памятник деревянной архитектуры. Но я еще раз повторю: она погибла, и восстановить ее, к величайшему сожалению, невозможно.

А все остальное — это просто распил денег, самая простая вещь. У нас есть сегодня и хорошая техника, и хорошее оборудование. Ну, что там, казалось бы, делать — срубить сруб? Но дело все в том, что каждый памятник несет в себе уникальную информацию, которая есть только в нем и больше нигде. Есть тепло мастеров, которые его делали, их вера, если хотите, которых, естественно, сегодня нет и не может быть, поэтому я считаю, что восстанавливать памятник нельзя. Это моя точка зрения. 

Полную версию интервью с Александром Поповым читайте здесь.