"Остаюсь здоров, горячо целую Вас и ребят...", – так попрощался со своей женой в последнем письме с фронта уроженец поморского села Нюхча Михаил Васильевич Поташов, пропавший без вести в "Волховском котле" в мае 1942 года вместе с десятками тысяч других красноармейцев.

В 1999 году Институт российской истории РАН выпустил книгу Бориса Гаврилова "Долина смерти". Трагедия и подвиг Второй ударной армии", в которой были приведены воспоминания выживших в Любанской наступательно-оборонительной операции Волховского фронта, где в новгородских лесах и болотах сгинули свыше ста тысяч красноармейцев. Многие из них до сих пор лежат незахороненными.

Вот лишь один фрагмент из этого военно-исторического исследования:

"Немцы бомбили круглосуточно. Вторая ударная опять стала голодать. Спасение было в том, что осталось много лошадей корпуса Гусева, убитых еще зимой. Бойцы называли эту пищу "гусятиной". Часть лошадиной ноги с копытом стоила 300-400 рублей. Из-за куска такого мяса или кости случались драки с применением оружия. Бывший воин 92-й дивизии М.Д.Панасюк вспоминал: "Шкуры лошадиные  – это была благодать, мы их поджаривали на костре и ели как печенье, но это было невыгодно, стали варить холодец. От этой жижицы многие начали опухать и умирать голодной смертью". Однако и протухшая конина скоро кончилась. Соли не было. Не было хлеба. Бойцы получали в день по спичечному коробку сухарной крошки, да и то, если удавалось прорваться нашим самолетам и их груз не попадал в болотную топь. Цинга приняла массовые размеры. Люди пили хвойный настой и березовый сок, искали молодую крапиву, травку-кислицу и первые листья на деревьях. Кругом плавали трупы, поэтому даже с питьевой водой было трудно – хлорка кончилась, а кипятить воду на костре – значило вызвать огонь немецких орудий и минометов, бомбы "юнкерсов" и  "мессершмиттов". За разведение костра приказ по армии грозил расстрелом. Кожаной обуви почти не было, и по весенним разливам люди ходили в валенках".

Читайте подробнее в статье "Последнее письмо с фронта"